Новый пост
Свободная
история
Возраст: 25
Звание: прапорщик артиллерии
Без вымысла

Проект 1917 — это события, произошедшие сто лет назад и описанные их участниками. Только дневники, письма, воспоминания, газеты и другие документы

11-я дивизия нашего корпуса, стоящая сейчас в резерве, по словам Неводовского, сейчас пошла грузиться, как и 7-й Кавказский корпус (соседи слева), чтобы идти против Рады. Не сегодня-завтра снимут погоны — уже в корпусе сняли. Будут выборы командного состава. Настроение чрезвычайно тревожное. Читать далее

Внутри России война.

Цицековского начальник дивизии вчера вызвал к себе в штаб переговорить, но он струсил (боялся ареста) и не пошел. Оказывается, отстранения офицеров от власти и передачи ее комитетам не было в соседних нам частях и мы — бригада пока чуть ли не в единственном числе.

Сегодня утром по приказанию бригадного комитета были вызваны в Кочубеево все командиры и представители батарейных комитетов, где комитет немного сдал позицию: ответственной властью является и командир, и комитет, подписываются под бумагами командиры батарей и представители комитетов. Суды отменены. Приказ № 1 поэтому немного «они» обещались изменить: Читать далее

Штабс-капитан Мей был на собрании батарей и просил закрытой баллотировкой проголосовать о доверии батареи к себе и к нам, младшим офицерам. Мы получили доверие. Командир батареи остается командиром. Тяжело, еще не можем успокоиться. Читать далее

Привожу конспект моей речи. Читать далее

2 час. ночи. Мы живы, но не здоровы. Не можем разговаривать, сна тоже нет.

Рано утром я и Н.Ф. выехали в с. Кочубеево на собрание бригадного комитета — я как заместитель члена бригадного комитета от нашей батареи.

В 11 час. 20 мин. все офицеры молча пошли из помещения управления бригады на заседание. Читать далее

Как всюду гадко! Кругом анархия. Все старые солдатские организации переизбираются или попросту разгоняются. Вместо армейского и корпусного комитетов — военно-революционные комитеты. Завтра наконец настал решительный момент для бригады: батарейный комитет созывает полное собрание с присутствием командиров батарей (им приказано явиться) и командиров дивизии и бригады.

Убеждаю и подготовляю офицеров, что завтра вся власть перейдет к бригадному комитету. Встречаю вялые ответы, нерешительные, даже боязливые.

Получили приказ от командира 2-го дивизиона: объявлено перемирие на 10 дней; батареи ни при каких условиях огня не открывать. Нет ни газет, ни писем, ни приказов, ни телеграмм. Я думаю, что их перехватывают и до нас не допускают. Читать далее

Очень напряженное состояние. Быть грозе. Дальше так в бригаде продолжаться не может: что-нибудь одно. Что-то сулит мне судьба. Без боя не сдамся. Отчитаю, хотя бы на словах, пусть рвут и мечут. Пусть видят, как стоят за идеал и Родину. Знаю, что пропадаю, может быть, напрасно, но кто же тогда заступится за Россию, за гибнущую отчизну?! Нет, предателем ее не буду даже на словах!..

Все остается неопределенным. Настроение натянутое, частью какое-то раздражительно подавленное. Известия скудные. О мире и перемирии ничего определенного; по-видимому, попытки Крыленко пока кончаются неудачей. Убит Духонин. Нечего и говорить, как это отзывается на нашем здоровье, — прямо исстрадались. Ужас!

Если бы меня спросили, какое сейчас настроение у офицеров, то я ответил бы так: офицеры уже так много перестрадали нравственно, что теперь никаким предательством их не удивишь — чувства притупились. Но при получении известия о назначении главковерхом Крыленко все было встрепенулись, никто не хотел ему подчиняться. Невероятно были возмущены и его приказами № 1, № 2 и № 3. Но как протестовать?! Нет никакой организации! Как противостоять посылке парламентеров? Подать в отставку, бросить армию?! — Нельзя. Читать далее

Получил у солдат две немецкие газеты на русском языке, переброшенные на нашу сторону реки. Вчера в 2 часа из полка звонили, чтобы мы открыли огонь по окапывающимся немцам в полосе 49, но когда командир стал справляться на передовом пункте у комитетчика — действительно ли роются немцы, то последнего не оказалось; звонили, звонили, так и не нашли его. На фронте абсолютная тишина. Солдаты почти все «большевики» и никому уже не верят, не говоря уже о своих комитетах. Надоело все это ужасно. Тоска. Уже армию не исправишь после того, как ей «показали мир».

Получили в 16 час. 20 мин. приказ и уведомление. Хотя в них и говорится, что в отдельных случаях можно открывать огонь, в действительности же это не так, ибо член боевого комитета не разрешит. Соседние корпуса слабо постреливают.

Видимо, перемирие не состоялось — так говорят кругом. Сегодня последний день перемирия, назначенный Крыленко. После 12 час. должно быть все по-старому, но на фронте тишина, не очень-то хочется солдатам расставаться с мечтой о мире. Газет нет. Я иду сегодня дежурить на наблюдательный пункт до 7 час.

Сейчас на редкость отличная погода. Тепло, хожу в одной куртке — это 1-й день перемирия. Смешно: ведь соседние корпусы справа и слева от нас этого перемирия не заключили, и сейчас идет там артиллерийская стрельба. Наша батарея, левая фланговая, примыкает вплотную к 3-му Кавказскому корпусу 21-й дивизии, и отлично слышно, как мортирная (35 тяжелый дивизион) стреляет по нашему участку, а мы не можем.

Ночь плохо спали. Все нервны ужасно. Раздражаемся из-за пустяков. Не можем спокойно друг другу возразить. Предали, мерзавцы, и Родину, и с ней народ русский.

Возраст: 25
Звание: прапорщик артиллерии

В этот день:

Сегодня день рождения у Антон Деникин и Василий Кандинский
-4
В Петрограде
0
В Москве