Новый пост
Свободная
история
Без вымысла

Проект 1917 — это события, произошедшие сто лет назад и описанные их участниками. Только дневники, письма, воспоминания, газеты и другие документы

До выработки типа настоящих «граждан» долго еще нам блуждать от ярма к ярму. Без ярма же, как показал опыт нашей революции, мы существовать не можем. Пало иго самодержавия. Мы поспешили сунуть рабскую шею в ярмо ига революционного. Многие уже мечтают об иге немецком. Некоторые готовы идти навстречу старому самодержавию — бюрократическому произволу. Русский человек тоскует по порядку, таске и начальству. Мы были рабами всегда, в лучшие эпохи расцвета нашего политического, общественного существования. Теперь мы более чем рабы. Мы «лакеи обстоятельств» и жаждем повыгоднее устроиться.

Я припоминаю, что у Толстого была манера избегать споров. Он любил вслушиваться в чужую речь и огорошивать резкими репликами. Но споров избегал, хотя чувствовалось в его манере слушать, какое впечатление сложилось у Толстого в душе. Лицо его было очень выразительно, и он не умел скрывать своих переживаний. Читать далее

Я никогда не думал, что центральной фигурой, озаряющей мое прошлое, был Толстой. К воспоминаниям о встречах с ним все чаще и чаще обращается моя совесть. Ими, этими воспоминаниями, я проверяю степень моей добросовестности отношения к окружающему. Что бы сказал по поводу такого-то события Л. Н.?.. И Л. Н. из гроба дает мне благие советы. По-прежнему я во многом с ним не согласен. Я вижу противоречия, ошибки, пристрастия и озлобленность в его загробных советах.

Но не могу не любить его за правду, такую, какую он признает. Читать далее

С «республикой» вышел какой-то конфуз. Керенский ее провозгласил и ею точно подавился.

Вчера провел вечер наедине с ЯковлевымИван Яковлев — чувашский просветитель, православный миссионер, педагог, организатор народных школ, создатель нового чувашского алфавита и учебников чувашского и русского языков для чувашей, писатель, переводчик, фольклорист.. Наши беседы почти всегда проходят в столовой. В прошлый раз Яковлев мне подарил с подписью переведенное им на чувашский язык Евангелие. Несомненно, революция ударила и по чувашам, много развалив, испортив, осквернив из того, что делали Ильминский и Яковлев. Старик это чувствует, сознает и не любит касаться язв чувашского самосознания, происшедших от революции. Среди чувашей появились даже большевики. Усилилось отпадение от православия в магометанство (к татарам). Это искренне печалит Яковлева. Но он относится к явлению с точки зрения невозможности бороться с ним его, Яковлева, силами. Вчера он с радостью сообщил мне, что и революция не вызвала в чувашах сепаративного течения (в смысле отхода от России), тогда как среди татар и других магометанских народностей такие настроения наблюдаются, и даже в довольно сильной степени.

В Симбирске объявлено военное положение… Город точно вымер…

Страшно видеть, как в народе, в армии, в обществе замирают последние вспышки патриотизма. Все заменено ужасом ожидания только дурного, неотвратимого, рокового. Опять в ходу спиритизм, книги мистического содержания. Хотят забыться, заглянуть в будущее, поторговаться с судьбою. Нанесен безумный удар интеллигенции в сферах культуры, религии, патриотизма, нравственности семейной, общественной жизни… Иными словами, убивается дух нации. В этом отношении мы быстро шагаем назад к временам Николая I, если не глубже. Не вижу, не вижу нигде Бога… Не могу ему молиться…

Будь у нас средства, я, устроив по музеям мои коллекции и архив, сам уехал бы с семьей за границу. Не узнаю моей Родины, недавно бывшей мне матерью, а теперь становящейся хуже мачехи. Приближаюсь к теории Толстого о патриотизме.

Получил со всеми другими пенсионерами прибавку в 30 рублей в месяц. Всего же я буду получать 130 р. 57 коп. А если бы в 1908 году согласился по секретным столыпинским циркулярам вешать политических, как делали мои товарищи и сослуживцы, то я или служил бы до сих пор с огромным жалованьем, или получал бы двойную пенсию сравнительно с той, какую мне выбросили (да и то с усилением по болезни). На днях я чуть было не подал заявление Временному правительству о сравнении меня насчет пенсии с теми, кто за то же число службы по позднейшему закону, вышедшему, когда я был уже в отставке, получают больше меня. Но до сих пор так и не решился на такой шаг: боюсь, как бы меня не сочли за тех, кто выпрашивает подачки у революции.

Ночью плохо спал. Молился, проклинал и малодушествовал. Малодушествовал ввиду того, что небольшой капитал наш тает и скоро семья моя будет терпеть нужду. Звал Господа. А он молчит. Катя и две старшие девочки чувствуют его в храме, в обрядах. Для меня и этого нет. Готов бы служить, чтобы заработать кусок хлеба для семьи. Но кто меня, старика генерала, возьмет на службу? Читать далее

При посещении слепца Соколова в богадельне губернской земской больницы я заметил, что богадельные старцы умирают с тоски. Это дало мне мысль приходить к ним и читать газеты. Когда я сообщил о моем проекте старикам, они до того обрадовались, что один из них в благодарность начал меня крестить.

Миллионы брошены на изображение КеренскогоПредседатель Временного правительства, других губителей Родины. И это в то время, когда Временное правительство кричит о том, что у него нет средств на войну, а в тылу надвигается денежный крах. Не могу видеть этой противной рожи Керенского, торчащей в окнах магазинчиков, киосках. А как обрадовало меня когда-то Временное правительство. Как много я ждал и от него, и от нового курса! И вот вышел не только мыльный пузырь, но гнойный нарыв на больном, худосочном теле исстрадавшейся России, который никак не может прорваться и грозит всему организму русского народа заражением крови, т. е. смертью.

Как существует Россия, армия ее не покрывала себя таким позором! От двух рот немцев бегут целые дивизии. А Керенский и Ко продолжают испражняться воззваниями, призывами, увещеваниями. В газетах — заявление генерала Корнилова о введении смертной казни. Да здравствует Революция, обещавшая России свободу, равенство, братство, запретившая смертную казнь и телесные наказания. Давно ли все это было дано… И уже отнято у народа. Можно ли более основательно сесть в лужу с громкими фразами и глупыми обещаниями…

Перечел толстовского «Холстомера» и в судьбе его нашел сходство с моим нынешним положением. Прекрасная по художественным красотам вещь, которую Л. Н. испортил, «подпустив немного философии» в назидание человечеству. Вспомнился и сам Толстой, несмотря на старость, прекрасно сидящий у крыльца барского дома в Ясной Поляне на лошади. А я стою на крыльце... Набрасывая своего «Холстомера», не думал ли Толстой о собственной старости?..

Бывший император Николай II выразил желание подписаться на 500 тысяч на «Заем свободы». Это прекрасный жест бывшего самодержца по адресу революции, продолжающей клеветать на него и его семью.

Возраст: 59
Профессия: общественный деятель, публицист, писатель

В этот день:

Сегодня день рождения у
Алексей Каледин
+6
В Петрограде
+2
В Москве