Новый пост
Свободная
история
Без вымысла

Проект 1917 — это события, произошедшие сто лет назад и описанные их участниками. Только дневники, письма, воспоминания, газеты и другие документы

Вчера вечером ужинал с Терещенко, где встречался с Керенским, Савинковым, Корниловым. Керенский выглядел уставшим и нервным. Я сказал ему что-то о чрезмерных нагрузках на работе, на что он вздохнул и за­говорил о каких-то «постоянных конфликтах». Когда он вышел из здания и на автомобиле отправился улаживать какой-то оче­редной «конфликт», я обратил внимание, что бездельничавшие на тротуаре напротив обленившиеся солдаты даже не обеспо­коились тем, чтобы встать и приветствовать его. Читать далее

На руках рабочих все еще остается 100 пулеметов и 40 тыс. винтовок, и никто не знает, сколько у них пистолетов и револьверов.

Терещенко согласен со мной в вопросах об офицерах и дис­циплине. Я спросил, действительно ли он думает, что Россия будет сра­жаться и эту зиму. Он ответил: «У нас есть все основания так думать». Савинков, которого я встретил позже, заявил, что к осе­ни дисциплина в армии будет восстановлена и что войска под страхом наказания не посмеют оставить окопы.

Я привел Терещенко три довода, которые помимо разложе­ния армии должны повлиять на участие России в войне зимой: экономический кризис, разруха на железных дорогах, а также утаивание зерна крестьянами. Читать далее

К сожалению, недостатком СавинковаРеволюционер, публицист является нехватка опы­та. Говоря о минусах русских офицеров, он заявил: «Офицерам часто не хватает такта в обращении с солдатами. Я узнал о факте, когда один из полков отказался идти в окопы, но немедленно отправился туда, когда сменили их командира». Этот полк, ко­нечно, был безнадежно развращен командованием, которое по­стоянно уступало требованием его солдат-бунтовщиков. И неважно, оказался он в конце концов в окопах или нет, потому что в любом случае он не станет воевать. Читать далее

Отвечающий за тыловое снабже­ние генерал Маниковский заявил, что не может встретиться с министром вот уже два месяца. «Иногда, — продолжал генерал, — мне хочется пустить себе пулю в лоб, а иногда — в кого-нибудь другого». Его подчиненный, отвечающий за военно-техническое обеспечение, заявил, что в его отделе давно уже не ведется реальная работа. Офи­церы Артиллерийского управления на вопрос, откуда у них столько свободного времени, отвечают, что реальная работа в России после революции сократилась примерно наполовину, и они просто стараются идти в ногу со временем!

В то же время все люди устали от войны. Они не желали сражать­ся, а их невежество и душевная черствость делали их способными с готовностью принять любой предлог, каким бы постыдным и на­думанным он ни был, лишь бы он обеспечивал достижение мира. Читать далее

КеренскийПредседатель Временного правительства до сих пор остается единственным, кто хоть как-то может управлять толпой, а в народе, должно быть, поражаются, как это им не удалось создать более крупную фигуру. У этого че­ловека присутствуют актерские качества, как это было у Наполео­на, но нет душевной силы и разумной жестокости последнего.

Я много слышал о «прекрасной русской душе» по­сле революции, но я предпочел бы меньше думать о ней, так как собственными глазами видел толпы здоровых и крепких мужчин, которые ежедневно собираются вместе и грызут подсолнечные се­мечки и предпочитают не нести службу, а доверить воевать за себя женским подразделениям. Мне никогда не доводилось слышать ни об одном племени в Индии или где-либо еще, которые позво­ляют вместо себя воевать своим женщинам.

Исполнительный комитет Совета утвердил резолюцию о доверии «товарищу Керенскому», которому поручалось сформи­ровать кабинет министров из членов различных партий. Голосо­вание прошло при 146 за, 47 против и 42 воздержавшихся.

Генерал Корнилов отдал приказ, где подчеркивалось, что русская армия с самого начала своего существования не знала такого позора, к какому привело предательство некоторых частей 11-й и 7-й армий. «В жестоком кошмаре тех дней свою боевую ценность продемонстрировали лишь те пехотные части, что остались верны долгу, все штурмовые и самокатные батальоны, вся артилле­рия, казаки и кавалеристы, которые противостояли наступлению противника». Приказ заканчивался словами, в которых отдавалась дань героизму офицеров.

Самодержавие почти подвело Россию к военной катастрофе, но вялость нового правительства за четыре месяца его существования принесла стране больше вреда, чем са­модержавие за предыдущие два с половиной года.

29 июля КеренскийПредседатель Временного правительства председательствовал на совещании в Став­ке, где также присутствовали ТерещенкоПредприниматель, банкир, с марта 1917 - министр финансов и генерал АлексеевНачальник штаба Верховного главнокомандующего, с 24 марта 1917 года - Верховный главнокомандующий, сам генерал БрусиловГенерал-адъютант, Верховный главнокомандующий (с 4 июня 1917 года), ранее - главнокомандующий Юго-Западного фронта и начальник его штаба Лукомский, бывший и нынешний командующие Северным фронтом генералы РузскийГлавнокомандующий армиями Северного фронта и Клембовский, командующий Западным фронтом генерал ДеникинГлавнокомандующий войсками Западного фронта, генерал-лейтенант, а также комиссар Юго-Западного фронта СавинковРеволюционер, публицист. Генерал Деникин выступал как храбрый и опытный солдат. Он потребовал отменить в армии все выбранные комитеты и вернуть всю полно­ту дисциплинарной власти офицерам. Но его товарищи поддержа­ли генерала как-то очень нерешительно, и определенное решение так и не было принято.

Казаки, убитые при неудачной попытке большевистского вос­стания, были торжественно похоронены. На церемонии присут­ствовали около двадцати офицеров военных миссий союзников. Под приветственные крики толпы приехал Керенский на автомобиле, принадлежавшем прежде императору. Он произнес взволно­ванную речь со ступеней собора Святого Исаакия. Одна дама в толпе спросила у стоявшего рядом солдата, указав на британских и французских офицеров, кто эти люди. Тот от­ветил: «Те, что в хаки, — это немцы, а те, что в синих штанах, — австрийцы. Как любезно с их стороны было приехать на похо­роны».

Письмо в Министерство иностранных дел

События прошлой недели еще раз доказали правильность изречения, что Россия — страна неожиданностей. Рано утром в понедельник мне сообщили по телефону, что четыре члена правительства — кадеты — подали ночью в отставку. Терещенко и Церетели только что возвратились из Киева с проектом соглашения, заключенного ими с Радой для урегулирования украинского вопроса. Кадеты отвергли его на том основании, что если бы правительство его утвердило, то оно узурпировало бы права Учредительного собрания. Однако не столько соображения этого рода, сколько то обстоятельство, что они всегда оказывались в меньшинстве в количестве четырех, заставило их отказаться от всякой дальнейшей ответственности за мероприятия, которых они не одобряли. Читать далее

Предыдущий военный министр ГучковЛиберал-консерватор, оппозиционер, член IV Государственной думы, с 15 марта 1917 года - военный и морской министр присоединился к кавказ­ской Дикой дивизии 8-й армии. По возвращении в Петроград в от­пуск он дал интервью прессе. Бывший министр заявил: «То, что случилось в Калуше, не поддается описанию. Я прибыл туда перед самой эвакуацией. Было достаточно увидеть искаженные страхом лица горожан, украдкой выглядывавших из подвалов… Свидетели рассказывали, как сорока- и пятидесятилетние мужчины по очереди насиловали семидесятилетних старух и молодых девушек. Пьяные сол­даты безжалостно грабили всех и убивали, если жители отказывались отдавать им деньги. Они отрывали детей от материнской груди и гро­зили выбросить их из окна, если женщина не отдаст им ценности». Читать далее

Возраст: 46

В этот день:

+19
В Петрограде
+18
В Москве