Новый пост
Свободная
история
Без вымысла

Проект 1917 — это события, произошедшие сто лет назад и описанные их участниками. Только дневники, письма, воспоминания, газеты и другие документы

«Комитет по охране революции в г. Киеве» соблаговолил разрешить «Киевлянин» снова выходить в свет. Поздравляем с этим решением. Конечно, не «Киевлянин», а новоявленное и, кажется, уже закрывшееся упреждение. Действительно, закрытие «Киевлянина» — сомнительная меря «для охраны революции в Киеве». У газеты, которая просуществовала 54 года, есть, должно быть, кое-какие корни в крае. Вырвать «Киевлянин» из родной почвы не так просто, как некоторым львовским и нельвовским гостям кажется.

ШульгинДепутат IV Государственной Думы освобожден. Вот теперь его послушать или почитать. Да где тут! Разве дадут ему теперь свободу слова и суждений. Не по носу его литература нашим вреправителям!

Мои охранители исполнили обещание. Не в тот же день, то есть завтра, а послезавтра выпустили на свободу. Привезли домой, сказав, что я буду под домашним арестом шесть дней. Я охотно согласился, дав им обещание не выходить из дома, и на этом дело закончилось. Затем выяснилось, зачем меня временно арестовали. Потому что во время так называемого «корниловского мятежа» поступила телеграмма на мое имя: «Ваше присутствие в Ставке необходимо». Подпись была, кажется, «Лодыженский». Я его не знал, но, очевидно, должен был знать. Телеграмма эта ко мне не попала, а поступила в «Комитет спасения революции». Этот комитет и распорядился меня изолировать, чтобы я не поехал в Ставку.

Я приехал в Петроград очень удачно, в известном смысле. Временное правительство объявило закрытой фиктивно существовавшую Государственную думу. Конечно, фиктивную, так как жалованье (350 рублей) еще платили. Но не в этом дело. А в том, что одновременно Временное правительство объявило Российскую державу республикой. На это оно не имело никакого права. Мы, поставившие Временное правительство у власти, поручили ему ведать временно делами, но не делами, имевшими не временное, а постоянное значение, или, иначе сказать, основными законами. Поэтому в этом смысле я составил протест против преждевременного объявления России республикой и напечатал его в какой-то газете. Читать далее

Определенно известно, что ГучковЛиберал-консерватор, оппозиционер, член IV Государственной думы, с 15 марта 1917 года - военный и морской министр и ШульгинДепутат IV Государственной Думы арестованы. И какая ирония судьбы: первый арестован в Пскове, то есть там, где он лишил престола НиколаяРоссийский император. КеренскийПредседатель Временного правительства назначен или «назначился» верховным главнокомандующим, а начальником его штаба — АлексеевНачальник штаба Верховного главнокомандующего, с 24 марта 1917 года - Верховный главнокомандующий. Но дадут ли работать Алексееву, как ему хотелось бы? Вероятно, нет, потому что у нас все еще самодержавствуют Советы р. с. и к.д., троица неразлучная, присносущная и препорочная. Читать далее

Арестован

В Киеве со мною произошли некоторые неожиданности. В три часа ночи подъехали две машины к моему скромному особняку. Стали звонить и стучать. Несколько человек в погонах:

— Мандат на обыск и арест.

В итоге я очутился в тюрьме. Посадили в одиночку. Когда стало светло, я прочел на стене знакомые фамилии: «Винниченко», еще кто-то.

Рано утром 10 сентября в типографию товарищества Кушнерева и К° явился внушительный наряд милиции в сопровождении лиц, назвавших себя депутатами рабочих и солдатских советов, для производства осмотра типографии. Управляющий типографией потребовал предъявления письменных мандатов для производства обыска. «Депутаты» отправились на автомобиле за получением таковых. По предъявлении их они были допущены к осмотру типографии. Неизвестно, что искали обыскивающие, но ничто в типографии не могла остановить на себе их внимание. Затем было заявлено желание осмотреть контору «Киевлянина». Читать далее

Был у меня оригинальный осведомитель по политическим делам. Я знал его еще в то время, когда гулял с гувернанткой. Он тогда называл меня попросту Вася. А гувернантка давала ему медную монету, которую он немедленно пропивал. Он был босяк в прямом и переносном смысле. Где скитался зимою, не знаю. Но летом его квартира была в оврагах Царского сада над Днепром. Оттуда был чудный вид на Днепр, а ночью там было небезопасно для всех, кроме босяков. Читать далее

По окончании совещания я поехал к МаклаковуЮрист, член IV Государственной думы в его имение в двадцати пяти верстах от Москвы. Поехал на извозчике. А это равнялось пяти часам езды туда и обратно. Это не было родовое имение. Маклаковы не принадлежали к родовому дворянству, но они с любовью устроили усадьбу. И я провел тот день очень уютно. Маклакову пришлось, по-видимому, с болью расставаться с этим уютным гнездом, так как незадолго до Государственного совещания он получил назначение послом во Францию. Читать далее

В зале Государственного совещания мне почудилось нечто оперное. И даже я знаю, какой оперы. Опера Рихарда Вагнера «Тангейзер». И Вольфрам, и Тангейзер поют о любви, платонической или страстной, но о любви к женщине. Певцы же Государственного совещания тоже пели о любви, но о любви не к женщине, а к родине и революции. Для некоторых из них родина и революция были одно и то же, как у КеренскогоПредседатель Временного правительства, у других они противопоставлялись, как у Шульгина, но и тот и другой, и все остальные состязались на тему любви к родине.

На следующий день в назначенный час я отправился к Большому театру, где назначено было Государственное совещание. Кони на фасаде были все те же в своей неподвижной классической красоте. Театр охраняли юнкера. Они были тогда самыми дисциплинированными частями и оставались таковыми до самого конца Гражданской войны. Они стояли на своих постах вокруг театра с винтовкой к ноге. Осмотревшись, я почувствовал в обстановке Государственного совещания какое-то дуновение оперы. Читать далее

Москву заполнили дамы легкого поведения, попросту проститутки. Они нападали на подходящих к бане мужчин, полиция им не препятствовала. Отбившись от какой-то голубоглазой красавицы, я с удовольствием взял ванную. Но всеобщий распад отразился и внутри Сандуновских бань. Простыни и чехлы на диванах не были снежно-белыми. Я невольно вспомнил, что когда-то в Турции, скажем, в XVI веке, за неопрятное белье давали до двух тысяч ударов палками. Несчастный при этом распухал как голубь, но выживал, если его засовывали в яму с конским навозом.

В Москве открылось «малое совещание общественных деятелей», созванное кадетами, финансистами и опальными генералами для выработки внушительного заявления стране на государственном большом совещании общественных деятелей, имеющем быть на этих днях в Москве, в Большом театре. Участвуют РодзянкоПредседатель IV Государственной думы, АлексеевНачальник штаба Верховного главнокомандующего, с 24 марта 1917 года - Верховный главнокомандующий, БрусиловГенерал-адъютант, Верховный главнокомандующий (с 4 июня 1917 года), ранее - главнокомандующий Юго-Западного фронта, Юденич, МилюковЛидер Конституционно-демократической партии, министр иностранных дел Временного правительства (с 15 марта 1917 года), МаклаковЮрист, член IV Государственной думы, РябушинскийВладелец «Торгово-промышленного Товарищества П. М. Рябушинского с сыновьями», Трубецкой, ШингаревЧлен IV Государственной думы, врач, министр финансов (с мая 1917), ШульгинДепутат IV Государственной Думы, БубликовЧлен IV Государственной думы, Ледницкий, Грузинов, Ильин, Каледин и много других популярных общественных деятелей-буржуев. Читать далее

Мы дружески поздоровались. И она сказала:

— Простите, что я вас побеспокоила, но мне нужно сказать вам. Вся слободка будет голосовать за вас. Вас там все любят.

— Это очень приятно, спасибо, Маруся. Тебе далеко было сюда добираться?

— Да. Но все равно надо. И у меня тоже ботинки изорвались. Назар и сейчас стоит в очереди, а потом я буду. Она еще что-то хотела сказать. Читать далее

Возраст: 39
Должность: депутат IV Государственной Думы
Убеждения: монархист

В этот день:

Сегодня день рождения у
Томас Элиот
+13
В Петрограде
+9
В Москве