Новый пост
Свободная
история
Без вымысла

Проект 1917 — это события, произошедшие сто лет назад и описанные их участниками. Только дневники, письма, воспоминания, газеты и другие документы

Началось! Сволочь выступила. Вчерашний день был днем огромной тревоги, хотя, как кажется, пока «пролетариат» еще не победоносен. До вечера все было спокойно, разговаривали о сенсации дня — уходе к.-д.кадетов из министерства, не выдержавших глупой щедрости, с которой социалисты пожаловали хохлам автономию или даже  «хведерацию». Я всецело, конечно, стороне ушедших, хотя согласен с папойЖурналист, писатель, что здесь есть элемент «ничтожества». Когда вчера утром папа мне сказал об этом «ничтожестве», я было взъерепенился, но когда папа объяснил, что, по его мнению, к.-д. надо было не уходить, а подготовить государственный переворот, — вполне с ним согласился. Часов в семь мы выехали из дома вчетвером, всю дорогу хохотали над сочиненной папой новой «КрокодилойПопулярная песня со множеством вариантов слов на музыку марша Льва Чернецкого «Дни нашей жизни». Стихи неизвестного автора. По улицам ходила Большая крокодила. Она, она голодная была. Во рту она держала Кусочек одеяла. И думала она, что это ветчина. Увидела торговку — И хвать у ней морковку. Она, она голодная была. Увидела япошку — И хвать его за ножку. Она, она голодная была. Увидела француза — И хвать его за пузо. Она, она голодная была.»: Читать далее

Господи, когда наконец российский интеллигент перестанет питать «левый страх»? Ну что, например, Щербачеву — социализм? А однако никак нельзя было уговорить его голосовать за к.-д. Сунул список №3. Маня пишет, что на городских выборах тоже почему-то голосовала за плехановцев. У нас папа не пошел на выборы; убежден, что лишь потому, что голосовать за социалистов не может, а за к.-д. не хочет.

Посещения знатных иностранцев продолжаются: сегодня влетела, впорхнула, внеслась княжна СашкаАлександра Лебедева — дочь князя Кропоткина.. Шику — видимо-невидимо: шелка шуршат, ботинки высотой до носу и такого лака, что в них можно глядеться как в зеркало, надушена так, что у меня после поцелуя руки весь день на губах было ощущение чего-то душистого… Читать далее

Вечером состоялось первое собрание редакционного коллектива «Бича» — мне очень понравился поэт Д’Актиль, который, когда мы обсуждали, в каком виде представить Совдеп, сказал: «По-моему, в образе маскированного хама». И очень не понравился Василий Князев, заявивший, что он желал бы «бичевать Милюкова и Гучкова», но ввиду настроения редакционного коллектива вынужден отказаться. Не понимаю, почему папе так нравится этот самовлюбленный плебей, надутый неврастеник, чуть ли не большевик и явный пораженец. Он, конечно, очень талантлив, но я уверен, что он — большой руки прохвост. Номер решили посвятить Временному правительству.

Сидел сегодня в столовой и, трепеща от негодования, читал «Новую жизнь» — самое склизкое, поганное, что существовало когда-либо в русской печати. Вдруг входит взволнованный папа: «Знаешь, Финляндский полк и рабочие сейчас окружили Мариинский дворец, требуют отставки МилюковаЛидер Конституционно-демократической партии, министр иностранных дел Временного правительства (с 15 марта 1917 года). Привел их этот сумасшедший Линде. Причина — нота о верности союзникам». Кинулся к телефону, соединился с Севским: действительно, в городе — безобразие, огромные толпы стремятся к дворцу, и ничто им не противопоставлено. 

Встретил наших, ехавших на заседание Республиканско-демократического союза. Это учреждение, узнав о конфликте между отцомЖурналист, писатель и «Русской волей», горячо стало на папину сторону, постановило отколоться от «Русской воли» и принять имя Республиканско-демократического союза «Свободная Россия». Наши считают это большою победою, но я думаю, «Русская воля» даже не почешется. Велика важность, в самом деле, — какая-то кучка растерянных обывателей, не знающих, что им делать. Мало ли сейчас расплодилось совершенно нелепых союзов! 

Присматриваясь к Петербургу, я нахожу в нем значительную разницу с Москвою: в Москве тоже много робости, нерешительности перед революцией, тоже люди смеют лишь наполовину высказываться и даже наполовину думать. Но в Питере эта робость доведена до пределов. В Москве все-таки чувствуется критический дух в отношении революции, в Питере — столько оговорок, что его совсем не заметно: все настойчиво твердят, что счастливы, как бы стараясь позабыть о чем-то главном, — что есть несчастье; господствует дух умиления перед революцией — по существу, уже неверный, фальшивый (хотя недавно еще был он истинной правдой).

От газеты меня совершенно отвращает АмфитеатровРепортер, грубый, невероятно самовлюбленный и непроходимо уличный. Он дал такой желтый тон газете, что все серьезные бегут от нас, и шум от газеты, как от пустой бочки. Все сотрудники, за исключением прихвостня Ашешова, недовольны, недовольно правление, и в ближайшие дни будут сделаны попытки переворота.

Гиляровский долго и подробно расспрашивал о событиях и, чтобы не уронить престижа «короля репортеров», делал вид, будто знает гораздо больше меня, да не хочет сказать. Когда я упомянул о нежелании казаков стрелять в народ, он сказал многозначительно: «Я в этом был уверен». Мне невольно вспомнилась папина острота, что бывают казаки донские, кубанские, уральские, а Гиляровский — тот самый le vrai cosaque russeФр. — «истинный русский казак»., о которых пишут в заграничных романах.

Возраст: 29
Профессия: журналист
Работа: «Русская воля», «Сатирикон», «Бич»

В этот день:

Сегодня день рождения у
Томас Элиот
+13
В Петрограде
+9
В Москве