Новый пост
Свободная
история

Анна Вырубова

Моя вера помогла мне перенести все те ужасы, обиды и оскорбления, которые, как испытание, Бог послал мне.

Без вымысла

Проект 1917 — это события, произошедшие сто лет назад и описанные их участниками. Только дневники, письма, воспоминания, газеты и другие документы

Что вы знаете об отношении РаспутинаДруг императорской семьи к ВырубовойЛучшая подруга императрицы?

Пасха, и я в своей убогой обстановке пела пасхальные песни, сидя на койке. Солдаты думали, что я сошла с ума, и, войдя, под угрозой побить потребовали, чтобы я замолчала. Положив голову на грязную подушку, я заплакала… Но вдруг я почувствовала под подушкой что-то крепкое и, сунув руку, ощупала яйцо. Я не смела верить своей радости. В самом деле, под грязной подушкой, набитой соломой, лежало красное яичко, положенное доброй рукой моего единственного теперь друга, нашей надзирательницы. Думаю, ни одно красное яичко в этот день не принесло столько радости: я прижала его к сердцу, целовала его и благодарила Бога… Еще пришло известие, которое меня бесконечно обрадовало; по пятницам назначили свидание с родными. Была надежда увидеть дорогих родителей, которых, я думала, никогда в жизни больше не увижу.

Говорят, что бумаги, найденные у Анны Вырубовой, носят весьма компрометирующий характер и могут иметь отношение к шпионажу и сепаратному миру. Если будет доказано, что это правда, то это может означать государственную измену, за которую полагается самое суровое наказание! Теперь мы знаем, что такой заговор действительно готовился, и участие Императрицы в попытках заключить сепаратный мир, а тем самым ее измена России неопровержимо доказана. Вечером я была у Императрицы. Она была возмущена приказами Керенского и все время говорила что-то бессмысленное. Она ничего не может понять и целый час кричала, пока не охрипла. Очень утомительно.

Два раза в день приносили полмиски какой-то бурды вроде супа, в который солдаты часто плевали, клали стекло. Часто от него воняло тухлой рыбой, так что я затыкала нос, проглатывая немного, чтобы только не умереть от голода; остальное же выливала в клозет, выливала по той причине, что раз заметив, что я не съела всего, тюремщики пригрозили убить меня, если это повторится. Ни разу за все эти месяцы мне не разрешили принести еду из дома. Первый месяц мы были совершенно в руках караула. Все время по коридорам ходили часовые. Ключи были у караульного начальника. Входили в камеры всегда по несколько человек сразу. Всякие занятия были запрещены в тюрьме. «Занятие — не есть сидение в казематах», — говорил комендант, когда я просила его разрешить мне шить. Читать далее

Начали говеть, но, для начала, не к радости началось это говение. После обедни прибыл КеренскийМинистр юстиции, ранее член IV Государственной Думы и просил ограничить наши встречи временем еды и с детьми сидеть раздельно; будто бы ему это нужно для того, чтобы держать в спокойствии знаменитый Совет рабочих и солдатских депутатов! Пришлось подчиниться, во избежание какого-нибудь насилия.

Черная, бесспросветная скорбь и отчаяние. От слабости я упала на железную кровать; вокруг на каменном полу — лужи воды, по стеклам текла вода, мрак и холод; крошечное окно у потолка не пропускало ни света, ни воздуха, пахло сыростью и затхлостью. В углу клозет и раковина. Железный столик и кровать приделаны к стене. На кровати лежали тоненький волосяной матрас и две грязные подушки. Через несколько минут я услышала, как поворачивали ключи в двойных или тройных замках огромной железной двери, и вошел какой-то ужасный мужчина с черной бородой, с грязными руками и злым, преступным лицом, окруженный толпой наглых, отвратительных солдат. По его приказанию солдаты сорвали тюфячок с кровати, убрали вторую подушку и потом начали срывать с меня образки, золотые кольца. Читать далее

Солдаты буйствовали в Петропавловске, ворвались к за­ключенным министрам, выбросили у них подушки и одеяла. Тревожно и в Царском. КеренскийМинистр юстиции, ранее член IV Государственной Думы сам ездил туда арестовы­вать ВырубовуЛучшая подруга императрицы — спасая ее от возможного самосуда? Сегодня был А. БлокПоэт. С фронта приехал (он там в Земсоюзе, что ли). Говорит, там тускло. Радости революционной не ощущается. Будни войны невыносимы. (Вначале-то на войну, как на «праздник» смотрел, прямо ужасал меня: «весе­ло»! Абсолютно ни в чем он никогда не отдает себе отчета, не может. Хочет ли?). Сейчас растерян. Спрашивает беспо­мощно: «Что же мне теперь делать, чтобы послужить демокра­тии?».

Сегодня я видела нового коменданта. Государь сказал Вале, что императрица чувствует себя одинокой вследствие отъезда АниЛучшая подруга императрицы и ДенПодруга императрицы Александры Фёдоровны. Но в чем же одиночество, когда у нее муж, пятеро детей и четыре дамы, разделяющие одиночество. Понятна тревога об участи ее подруги, но нельзя жаловаться на одиночество, надо плакать о великих бедствиях, накликанных ею. Я считаю, что достаточно доказала свою лояльность и верность.

Мы встали измученные…  После пришел офицер от Керенского с заявлением, что доктор занят с военным министром Гучковым, но что меня отвезут в лазарет, где будет хорошее помещение, врач и сестра. Что же касается Лили, то ее ожидает приятная новость. Я отдала Лили Дэн те некоторые золотые вещи, которые были со мной; она же дала мне полотенце и пару чулок.

Жгла письма. Обед, как обычно. Керенский, министр юстиции, забрал Лили и Аню.

Сегодня днем внезапно приехал КеренскийМинистр юстиции, ранее член IV Государственной Думы, нынешний министр юстиции, прошел через все комнаты, пожелал нас видеть, поговорил со мною минут пять, представил нового коменданта дворца и затем вышел. Он приказал арестовать бедную АнюЛучшая подруга императрицы и увезти ее в город вместе с Лили ДенПодруга императрицы Александры Фёдоровны. Погода была отвратительная и соответствовала нашему настроению!

Около часа вдруг поднялась суматоха в коридоре, слышны были быстрые шаги. Я вся похолодела и почувствовала, что это идут за мной. И сердце меня не обмануло. Перво-наперво прибежал наш человек Евсеев с запиской от Государыни: «Керенский обходит наши комнаты, — с нами Бог». Вошел потом скороход и доложил, что идет Керенский. В комнату вошел с нахальным видом маленького роста бритый человек, крикнув, что он министр юстиции и чтобы я собиралась ехать с ним сейчас в Петроград. Читать далее

Солдаты повели меня вниз, но посредине лестницы я замедлила шаг и посмотрела назад. Их Величества и Их Высочества по-прежнему стояли там, где мы с ними расстались. Бесцеремонно подтолкнув меня, охранники стали спускаться вместе со мной. Cтужа была лютая, ледяной ветер с воем налетал на стены Дворца, швырял мне в лицо колючие иголки снега. Я села в открытый автомобиль. Пришлось ждать АннуЛучшая подруга императрицы. Наконец появилась и она; выглядела она ужасно, глаза распухли от слез. Мы в последний раз взглянули на Императорский Дворец, где осталось мое сердце. Читать далее

Наступил вечер, мы чуть ли не падали от голода и усталости. Нам принесли немного супа, но мы и ложки не могли проглотить. То и дело в комнату заглядывали солдаты и потешались над нами. Но смех их был все же лучше грубых шуток. Некоторые из них заставляли меня краснеть от стыда. Я дрожала при мысли, что их грубость может превратиться в нечто невообразимое. К нашему удивлению, два знакомых нам адъютанта зашли к нам в комнату в сопровождении солдат в час ночи! Читать далее

Мы потеряли КоцебуКомендант Александровского дворца, ротмистр.. Анна ВырубоваЛучшая подруга императрицы послала за ним и подчинила его своему влиянию. Императрица также слушает ее советы. Думаю, что она продумала все с самого начала, и ее власть над Императором так же велика, как и над Императрицей. Ко всему этому ловко примешаны оккультизм, мистика и дьявольские советы! Компромисс с Вырубовой невозможен. Мы полностью ее игнорируем, но императорская чета проводит у нее все вечера и только иногда приходит к нам поболтать о пустяках.

На другой день, мой последний в Царском Селе, я опять пошла к детям, и мы были счастливы быть вместе. Их Величества завтракали в детской и были спокойнее, так как Мария и Анастасия Николаевны чувствовали себя лучше. Вечером, когда Их Величества пришли ко мне, в первый раз настроение у всех было хорошее; Государь подтрунивал надо мной, мы вспоминали пережитое и надеялись, что Господь не оставит нас, лишь бы нам всем быть вместе.

Я увидела матроса Деревенько, который, развалившись на кресле, приказывал Наследнику подать ему то то, то другое. Алексей НиколаевичНаследник российского престола с грустными и удивленными глазками бегал, исполняя его приказания. Этот Деревенько пользовался любовью Их Величеств: столько лет они баловали его и семью его, засыпая их подарками. Мне стало почти дурно; я умоляла, чтобы меня скорее увезли.

Вчера за всенощной очень страдала из-за перемены в церемониале. Тяжело ужасно. Вечером их величества зашли к нам ненадолго, пробыв все время у АниЛучшая подруга императрицы, где государь читает вслух. 

Жгла письма с Лили. Обедала с Николаем, Алексеем и Ольгой в игральной комнате. Ходила к Аннушке и там сидела со всеми остальными. Комендант прочитывает все наши письма и все пакеты, все тщательно просматривается.

Государь сел около меня и начал мне рассказывать… Мне не верилось, что Государь, самый великодушный и честный из всей Семьи Романовых, будет осужден стать невинной жертвой своих родственников и подданных. Но Царь с совершенно спокойным выражением глаз подтвердил все это, добавив еще, что «если бы вся Россия на коленях просила его вернуться на престол, он бы никогда не вернулся».

В этот день:

+2
В Петрограде
+8
В Москве
Индексы
24.68
Мясо парное
(1 сорт, пуд)
31.5
Лён отборный
(пуд)
2.35
Зерно
(пуд)
144
Валюта
(10 фунтов стерлингов)