Новый пост
Свободная
история
Без вымысла

Проект 1917 — это события, произошедшие сто лет назад и описанные их участниками. Только дневники, письма, воспоминания, газеты и другие документы

Привет вам, воины свободной России. Я не могу передать вам, в каком волнении я нахожусь, говоря с вами. Не могу выразить вам, как я счастлив стоять здесь перед русским свободным воинством и говорить с ним вольным языком. Скоро месяц, как я просыпаюсь с светлым сознанием, что я свободный человек и надо мною нет тирана. И эту свободу разделяют со мною 130 миллионов русских граждан. Счастье, о котором мечтали так долго и так мучительно, совершилось воочию. Наше отечество отныне и навсегда свободно. С гордостью можем смотреть в глаза нашим союзникам и нашим врагам.

Состоялось открытие фронтового съезда. На него приехали из Петрограда РодзянкоПредседатель IV Государственной думы и члены Думы РодичевЧлен IV Государственной думы, кадет и Масленников. В их присутствии начался митинг. Однако до этого почти целый день и ночь сторонники разных политических течений выясняли, кого следует сделать председателем съезда. 

В Минс­ке, на съезде Западного фронта. Ехали мы с РодзянкоПредседатель IV Государственной думы в особо ему предоставленном вагоне. В поезде ехал член Думы большевик Бадаев — он все время заходил в салон родзянкиного вагона, долго сидел в нем и нехотя уходил. Родзянко как-то не видел его, точно Бадаева не было, а было пустое место. Я этой линии не выдерживал, иногда разговаривал с Бадаевым и с гру­стью убедился, что он просто глуп, не неумен, а именно глуп… Бадаев уверял меня, что будь я на месте Ленина, я бы тоже проехал Германию с разрешения германских властей. Я его за это отчитал… Читать далее

Ну вот, пошли на съезд. Заседания его происходили в театре. На сцене начальство, генералы, комитет, гости. Весь театр заполнен. На улице тоже толпа, не нашедшая места в театре. Председательствует поручик, кажется Познер, со­циал-демократ, большевик, бывший адвокат. В комитете есть один к.-д., Ара­пов, тоже адвокат из Саратова. Начинаются речи… Говорят о торжестве рево­люции. Читать далее

1/5
Маркус Коллин. «Cушка белья». 1915 год

На второй день праздника — торжественное открытие Финской выставки, которому придали характер политического чествования по случаю финляндской свободы. Говорили МилюковЛидер Конституционно-демократической партии, министр иностранных дел Временного правительства (с 15 марта 1917 года), РодичевЧлен IV Государственной думы, кадет, ГорькийПисатель, издатель. Я числился в почетном комитете и был горд, так как он блистал лучшими именами из искусства и политики. Читать далее

На нас, граждане, на нашей партии, лежит великий ответ в настоящую минуту, ибо мы не можем не сознавать, что если, с одной стороны, господствует слепота, невежество, близорукость, ревность, то, с другой стороны, начинают овладевать людьми паника и проповедь подчиниться ожидаемым неуспехам, то на нас ляжет непререкаемый долг. Мы должны вести себя так, чтобы помнить слова того француза, который утверждал, что он победит. «Что же, вы заключили договор с победой?» — «Нет, со смертью». Вот та судьба, которая выпала на долю нашего поколения в России, судьба трагическая, но и необыкновенно почетная. Нет выше того положения, которое мы, каждый русский гражданин, занимает в настоящее время. «Века смотрят на нас».

Кадетский enfant terrible РодичевЧлен IV Государственной думы, кадет хорошо кричал о том, что кадеты должны непременно «отнять у Турции Армению», «аннексировать Константинополь», что они не могут убавить требования и сказать, где они остановятся в войне, — и, разумеется, все это соответствовало принятым на съезде постановлениям... Некрасов хорошо призывал к самообладанию и бесстрашию перед советской демократией, говоря, что нельзя же в самом деле быть еще хуже старого самодержца и признавать только бога да совесть...

Утром, в Колпине, мы вышли на платформу. По расписанию остановки не было, но поезд остановился, чтобы узнать, что делается в городе. В Колпине знали меньше, чем мы, передавали неопределенные слухи. До Петербургской станции мы не доехали. Нас остановили чуть не в поле и сказали: «Выходите!». Станция горела и была вся в огне и в дыму. Бедный Кавос не знал, что делать. У него был порядочный мешок и меховое одеяло. Нужно идти на Петербургскую сторону. «Пойдемте ко мне, на Херсонскую. Тут прямиком, поперек площади торговой станции не так далеко». Кавос согласился. Мы отправились, тащя попеременно его груз: чемодан и одеяло. Свистят пули. «Это что?» - спрашивает Кавос. «Это пули, да Вы не бойтесь — слышите свист, значит, пуля пролетела мимо». — «Все-таки это очень неприятно!» Читать далее

Когда кончился объезд крупных судов, начался объезд команд минонос­цев. Тут объяснение носило совсем другой характер: то была спокойная дружес­кая беседа. Команды миноносцев тогда не были затронуты бунтарской агитацией по очень простой причине — они не были праздны. На них опираясь, думал Макси­мов восстановить порядок во флоте (если только в самом деле думал). Читать далее

Утром в тот же день, когда я уезжал из Гельсингфорса, меня пригласили в Морской клуб, открытый для матросов. То был длящийся политический митинг. Меня просили сказать два слова. Я выразил надежду, что работа Балтийского флота наладится, что флот вложит свои усилия в необходимую для человечест­ва победу над Германией. Тут же социал-демократический оратор приглашал пу­блику бороться с империализмом, заваривая кашу в матросских головах… Читать далее

КеренскийМинистр юстиции, ранее член IV Государственной Думы послал по телеграфу воззвание к матросам с просьбой успокоиться, сохранять порядок и готовиться к войне. Офицер восхищается словами Керенского. Я ничего возразить не имею, констатируя с удовольствием, что Керенский из пораженца превратился в оборонца.

В воскресенье в Москве я просидел дома с братом Дмитрием.

Назначен министром по делам Финляндии

Вяземский передал мне просьбу Гучкова съездить в казармы Петербургского полка и поговорить с солдатами. Мы отправились сперва в здание бывших казарм 2-й Лейб-гвардейской артиллерийской бригады (там я в 1875 году начал свое отбывание воинской повинности). Теперь я держал речь солдатам, призывая их к повиновению командирам. Я старался объяснить им значение армии для страны, значение дисциплины и организации для армии; объяснил им, что на них лежит сугубая обязанность повиновения, которое должно быть крепче подневольного. Объяснил им значение той войны, которую сейчас вела Россия с германцами, говорил им, каково горе будет всему человечеству, какое горе будет отцам и детям их, если победителями окажутся германцы. И какое несчастье, если теперь в стране вместо единства наступит раздор. Читать далее

Что же произошло внутри Таврического дворца? Члены Думы не разошлись, а ночь с 27-го на 28-е провели в Таврическом дворце, расположившись на сдвинутых стульях. Когда наступление на Государственную думу прекратилось, когда толпа уже заполнила Таврический дворец, в одной из комнат собралась кучка человек в 40 и объявила себя «Советом рабочих депутатов». По рассказам, инициаторами были два адвоката: Николай Дмитриевич Соколов и Красиков, впоследствии большевик. К ним присоединились члены Думы социал-демократы. В исходе разгоревшейся борьбы еще могли быть сомнения. Некрасов, вспоминая ту ночь, по поводу подозрений в способности изменить революции говорил: «Нет, не изменит тот, кто помнит дни Февраля, кто чувствовал уже веревку на шее своей». Читать далее

Весь день члены Думы не расходились, хотя форменного заседания не сделали, устроили совещание в Полуциркульном зале, за портретом царя. Родзянко занят был посылкой своих телеграмм царю и командующим фронтами. Члены Думы организовали Комитет, назначили Энгельгардта командующим войсками, посылали Шульгина и Скобелева занимать Петропавловскую крепость. Вечером Энгельгардт хотел распорядиться стрелять из Петропавловской крепости по Адмиралтейству, но получилось известие, что войска оттуда разошлись, и стрелять не пришлось.

Получен приказ императора: «Подавить движение во что бы то ни стало». Власти уже перепугались. Совет министров не знал, что делать. Военный министр БеляевВоенный министр, командир вместо Хабалова, занят тем, что жег бумаги, секретные планы, говорил он, чтобы не досталось немцам. Собирался Военный Совет под председательством великого князя Михаила АлександровичаМладший брат императора Николая II, второй в очереди на престол в Зимнем дворце, потом в здании Адмиралтейства, двор которого служил платцдармом правительственным войскам.

Был дан приказ: «Разгонять толпу, не стреляя!».

Вчера я выступал с довольно большой речью в соединенном заседании военно-морской и сельскохозяйственной комиссии. Пощипал РодичеваЧлен IV Государственной думы, кадет и одного хохла. Родичев как умный человек не отвечал, а два хохла пытались напасть на меня. Сегодня положительно говорили об уходе Добровольского и ПротопоповаМинистр внутренних дел, националист-консерватор, и тогда, значит, укрепятся шансы на прочность Думы.

Еще в 1914 г., в заседании Центрального Комитета партии к. д., немедленно после начала войны РодичевЧлен IV Государственной думы, кадет воскликнул: «Да неужели вы думаете, что с этими дураками можно победить?».

Возраст: 63
Живет в: Петроград
Работа: член IV Государственной думы
Убеждения: кадет

В этот день:

Сегодня день рождения у
Константин Глобачев
+6
В Петрограде
+10
В Москве
Индексы
24.68
Мясо парное
(1 сорт, пуд)
31.5
Лён отборный
(пуд)
2.35
Зерно
(пуд)
144
Валюта
(10 фунтов стерлингов)