Новый пост
Свободная
история

Если не Корнилов, то кто

Верховный главнокомандующий Лавр Корнилов пользуется поддержкой крупных промышленников, интеллигенции и офицерства. Все ждут от него решительных действий, и уже сам генерал уверен, что от него зависит судьба России.

Без вымысла

Проект 1917 — это события, произошедшие сто лет назад и описанные их участниками. Только дневники, письма, воспоминания, газеты и другие документы

Генералу Л. КорниловуГенерал, Верховный главнокомандующий

В стране, что ложью обессилена,
Средь жалких умственных калек,
Где, что ни слово, то извилина,
Ты прямодушный человек.

В тебе спокойный ум крестьянина,
И дух бесстрашный казака,
Была душа заботой ранена,
Но жертва родине легка.

Где власть — безвластье, где скоплением
Кривых затей всех душит нас,
Своим достойным выступлением
Напомнил ты, что грозен час.

Твоя нога в бою прострелена,
Но дух звездой уводит в твердь.
Ты всем напомнил: «Здесь расщелина,
Засыпьте пропасть. Или — смерть».

Как белый лебедь, полный гордости,
Плывет, и им светла волна,
Твой лик твердит: «Нам нужно твердости,
Любовь к России нам нужна».

Перед тобой склонен в восторге я.
Он предрешенный твой удел:
Ведь имя Лавра и Георгия
Герою битв и смелых дел.

С тобой душою вместе в плене я,
Но что бы ни промолвил суд,
Бойцу, я знаю, поколения
Венец лавровый принесут.

В Старом Быхове мы простились с нашими спасителями-юнкерами. 

На станции нас ожидал автомобиль польской дивизии и брички. Я с Бетлингом и двумя генералами сели в автомобиль; комитетчики запротестовали: пришлось одного взять на подножку. Покружили по грязным улицам еврейского уездного города и остановились перед старинным зданием женской гимназии. Раскрылась железная калитка, и мы попали в объятия друзей, знакомых, незнакомых — быховских заключенных, которые с тревогой за нашу судьбу ждали нашего прибытия. Читать далее

С утра комиссариат устроил объезд всех частей гарнизона, чтобы получить согласие на наш перевод. Распоряжением комитета был назначен митинг всего гарнизона на 2 часа дня, т. е. за три часа до нашего отправления, и притом на поляне, непосредственно возле нашей тюрьмы. Грандиозный митинг действительно состоялся; на нем представители комиссариата и фронтового комитета объявили распоряжение о нашем переводе в Быхов, предусмотрительно сообщили о часе отъезда и призывали гарнизон к благоразумию; митинг затянулся надолго и, конечно, не расходился. К пяти часам тысячная возбужденная толпа окружила гауптвахту, и глухой ропот ее врывался внутрь здания.

Митинг продолжался. Многочисленные ораторы призывали к немедленному самосуду. Читать далее

Я никогда не выписывал и не старался запоминать изречений великих полководцев, писателей и др. замечательных людей. Но мне глубоко врезались в память следующие слова человекаИмеется в виду прусский фельдмаршал Блюхер, участник наполеоновских войн, сыгравший решающую роль в битве при Ватерлоо., потерпевшего крушение под Пренцлау, а впоследствии ставшего одним из главнейших деятелей в деле возрождения своей родины и воссоздания ее военной мощи: «Чем тяжелее положение, тем смелее вперед».

Глубокоуважаемый Борис Алексеевич!

Теперь, когда Вы и редакторы других газет честно и бесстрашно сказали свое слово, привлекли внимание русских людей к «делу Корнилова», я могу говорить спокойнее. Родилась вера в то, что безнаказанно беззаконие совершиться не может. Читать далее

Собрался ехать в Питер, но телеграмма о разгроме остановила. Послал телеграмму РазумникуЛитературный критик, писатель: «Пытаюсь приехать к вам. Если неблагополучно, приезжайте сюда». Сегодня попробую в Москву съездить.

Внезапно услышали за дверью топот бегущих ног и крики: «Общее собрание! Все наверх!». На борту корабля происходило что-то необычное. Мимо прошла спешившая группа матросов, возбужденно переговаривавшихся. Один из матросов, высокий, худой кочегар с черными разводами на лице, остановился перед дверью.

— Царские офицеры показали наконец свое нутро! — В его словах звучала угроза. — Сукин сын Корнилов оказался предателем! Читать далее

Лопнул нарыв вражды. Керенскогопремьер-министр к КорниловуГенерал, Верховный главнокомандующий (не обратно). Нападающая сторона Керенский, а не Корни­лов. 

После ухода от ген. Корнилова Львов перешел ко мне в комнату и сидел там до самого отъезда на вокзал. Кроме него там же находились г. Добрынский, с которым я также впервые познакомился, и, насколько мне помнится, проф. Яковлев. Разговор вертелся около тех же тем, обсуждавшихся в кабинете ген. Корнилова. Львов особенно горячо настаивал на пагубности идеи созыва сессии Государственной думы по разработанному нами проекту и всячески убеждал ограничиться кратковременной сессией четвертой Думы на предмет, как он говорил, исключительно «освящения власти». Согласия по этому вопросу ему не удалось добиться. Читать далее

Товарищи и граждане! По городу распространяются слухи о том, что готовятся какие-то демонстрации. Говорят, что на 10 сентября назначено выступление рабочих. В контрреволюционных уличных газетах пишут о готовящейся  резне. На заводы являются люди в солдатских мундирах и призывают рабочих к вооруженному выступлению. Мы, представители рабочих и солдатских организаций, заявляем, что эти слухи распространяются провокаторами и врагами революции. Читать далее

Получен следующий приказ Корнилова, помещенный мною в приказе по дивизии: Читать далее

Забираемся в поезд — ехать в столицу. Приезжает СавинковРеволюционер, публицист, КорниловГенерал, Верховный главнокомандующий его провожает, отношения между ними, по-видимому, дружеские. Корнилов бодр и весел. Перед самым отходом нашего поезда приходит поезд из Петрограда, из него вылезает Львов Синодский. Здороваюсь с ним, выражая удивление по поводу его появления в Могилеве, но он бормочет, что у него тут есть дела, и скоропалительно исчезает.

В Ставку прибыл управляющий Военным министерством СавинковРеволюционер, публицист. С поезда он приехал ко мне… Савинков сказал, что г. Керенский, признанный вождь левых партий, и я, на ком, по его мнению, зиждутся все надежды правых политических партий России, должны идти рука об руку, и что несогласия меру нами могли бы вызвать крайнее обострение в положении; поэтому он считает своей важнейшей задачей подготовить почву для соглашения между г. Керенскимпремьер-министр и мной с целью на нашей согласованной работе основать формирование сильной, крепкой власти. Читать далее

Последние события на Рижском фронте, грандиозный пожар в Казани, уничтоживший огромное количество боевых снарядов, еще раз наглядно подчеркнули необходимость борьбы с общей разрухой путем объединения власти в армии и в тылу. Об этом говорил с Верховным главнокомандующим военный министр СавинковРеволюционер, публицист во время своего последнего посещения Ставки. Он высказался за необходимость создания сильной власти для борьбы с большевиками и безответственными организациями. Ввиду предполагавшегося в конце месяца выступления большевиков в Петрограде Савинков просил генерала Корнилова послать в Петроград конный корпус под начальством генерала Крымова. В то же время Петроградский военный округ, за исключением Петрограда и некоторых пригородов, подчинен был власти Верховного главнокомандующего. Читать далее

ТерещенкоПредприниматель, банкир, с марта 1917 - министр финансов в беседе со мной сообщил мне, что с фронта вызваны три кавалерийские дивизии для предотвращения опасности большевистского восстания, и из того, что он говорил мне о политическом положении, я получил некоторую надежду на то, что Керенскийпремьер-министр и КорниловГенерал, Верховный главнокомандующий в конце концов соединили свои усилия.

В этот день:

+1
В Петрограде
0
В Москве