Новый пост
Свободная
история

Федор Сологуб

Рождённый не в первый раз и уже не первый завершая круг внешних преображений, я спокойно и просто открываю мою душу. Открываю, — хочу, чтобы интимное стало всемирным.

Без вымысла

Проект 1917 — это события, произошедшие сто лет назад и описанные их участниками. Только дневники, письма, воспоминания, газеты и другие документы

Расточитель

Измотал я безумное тело,
Расточитель дарованных благ,
И стою у ночного предела,
Изнурен, беззащитен и наг. Читать далее

Выпускает сборник стихов «Алый мак»

Я ненавижу Москву, и вот сижу здесь. Как в ссылке. Ставлю СологубаПоэт. «Навьи чары». Художник у меня хороший: ТатлинХудожник. Помощник тоже хороший: Инкижинов. И все-таки бежал бы, как Мопассан, бежавший (помните, у Чехова в «Чайке»?), бежавший от Эйфелевой башни.

Голос — это самое пленительное и самое неуловимое в человеке. Голос — это внутренний слепок души. У каждой души есть свой основной тон, а у голоса — основная интонация. Неуловимость этой интонации, невозможность ее ухватить, закрепить, описать составляют обаяние голоса. Мы знаем, как обыденные слова разговорной речи по-особому звучат в голосах различных поэтов: как у Федора СологубаПоэт по-своему звучат «злой», «смерть», «очарование»; как у БрюсоваПоэт звучит «в веках», «пытка»; как БальмонтПоэт совершенно не похоже ни на кого произносит «Любовь», «Солнце»; а БлокПоэт — «маска», «мятель», «рука». Читать далее

В дни народных смятений, переворотов и торжеств не забудем об искусстве. Чем больше вдохновения и восторга, тем прочнее и чище всенародное дело.

Довольно ликовать,
Российские народы!
Пора, пора ковать
Ограду для свободы.   Читать далее

Разбудил меня звонок СологубаПоэт, который просит принять участие в однодневной газете для популяризации «Займа Свободы» и посетить сегодня литературную курию в Академии художеств. То и другое мне кажется ненужным и не требующимся с меня, как и с него, а говорил он все это тем же своим прежним голосом, так что мне показалось, что он изолгался окончательно и даже Революция его не вразумила.

Самый ясный праздник года —
День, когда несёт в народ свобода
Первомайский милый цвет.   Читать далее

Революцию на улице задавили, но театр продолжал свою революционную роль. Теперь они будто отняли друг у друга роли — актеры стали консервативны. Актеры забыли репертуар БлокаПоэт, СологубаПоэт, МаяковскогоПоэт-футурист. Кто виною этому? Партер, молчаливый бесстрастный партер, как место для отдохновения.

Довольно партера! Интеллигенцию выгонят туда, где процветают эпигоны Островского. А пьесы тех авторов, которые упоминались выше, будут ставиться для крестьян, солдат, рабочих и той интеллигенции, которая скажет: довольно спать! Тогда театр будет на высоте.

На «Вечере свободной поэзии»

Также идут: ЕсенинПоэт, один из основателей имажинизма, ТэффиКомпозитор, КлюевПоэт, АхматоваПоэтесса-акмеистка, ИвневПоэт, переводчик и другие.

Сегодня наша делегация во главе с СологубомПоэт направилась в Зимний дворец, где принимал Головин. Я считал, что наши тезисы не обоснованы, и говорил, что иду лишь посмотреть, как Головин, отличный оратор и председатель второй Государственной Думы, разнесет нас, но Сологуб довольно обстоятельно оппонировал, главное же, что в настоящее время слова «организация», «организованность», «общество» (хотя бы и такое довольно-таки фиктивное, как наше) имели чрезвычайный вес, и потому наше заявление было принято к сведению. Меня лично гораздо больше интересовал дворец и переход его от монархов к искусству.

Кающийся Федор СологубПоэт в неустанных скитаньях своих со страниц «Лукоморья» и «Биржевых» попал на страницы «Жизни и Суда». Журнал «Жизнь и Суд» интересуется больше всего преступлениями, и г. Сологуб, явившись сюда, стал, бия себя в грудь, всенародно каяться: Читать далее

Считаю идею об учреждении Министерства изящных искусств вредной. Есть такие области в жизни, где следует действовать по соглашению, и есть такая область, где с этим считаться не нужно. В области человеческого духа соглашения между людьми быть не может. Если я делаю дело искусства, я соглашаться ни с кем не хочу. Если я стану писать картину и избираю такой предмет для моей фантазии, который нравится или не нравится обществу, я не буду думать в момент творчества полезен ли он, правилен ли он. Как деятель искусства, как человек науки, я хочу пользоваться не свободой, а вольностью, а с государством мне делать нечего. 

Тяжелый и разящий молот
На ветхий опустился дом.
Надменный свод его расколот,
И разрушенье словно гром. Читать далее

Народ торжественно хоронит
Ему отдавших жизнь и кровь,
         И снова сердце стонет,
         И слёзы льются вновь.  

Но эти слёзы сердцу милы,
Как мёд гиметских чистых сот.
         Над тишиной могилы
         Свобода расцветёт.