Новый пост
Свободная
история

Валерий Брюсов

Я хочу жить, чтобы в истории всеобщей литературы обо мне было две строчки. И они будут.

Без вымысла

Проект 1917 — это события, произошедшие сто лет назад и описанные их участниками. Только дневники, письма, воспоминания, газеты и другие документы

Морфий сделался ему необходим. Во время одного разговора я заметил, что БрюсовПоэт постепенно впадает в какое-то оцепенение, почти засыпает. Наконец он встал, ненадолго вышел в соседнюю комнату — и вернулся помолодевшим…

Дорогой Валерий, из слов Тихонова, жившего это лето у нас на даче, я понял, что Вы несколько изменили сами свой взгляд на необходимость исключительно рифмованных переводов Верхарна и склоняетесь отчасти к моему методу переводов: свободным стихом без рифм. Если это так, то те препятствия, что были весною к моему деятельному участию в работе над собранием стихотворений Верхарна, отпадают, и я с большим удовольствием взялся бы за эту работу именно теперь: сейчас у меня есть и время, и охота. Моя книжка Верхарна выйдет в скором времени в издательстве «Творчество». Читать далее

Про первую встречу с БрюсовымПоэт. Я провел у Валерия Яковлевича несколько часов. Он прочитал мне недавно написанное им стихотворение об Ариадне, и мы поспорили. Если сформулировать эту часть беседы, то она будет выглядеть достаточно неожиданно для августа 1917 года:

1) Правда ли, что Тезей испытывал угрызения совести, оставив Ариадну на безлюдном острове?

2) Как правильнее писать — «Тезей» или «Фессей»? (Валерий Яковлевич настаивал на последней транскрипции.)

3) Нужно ли современному поэту писать о Тезее? (Я говорил, что не нужно.) Читать далее

Выпускает альманах «Скифы»

Участвуют: ЕсенинПоэт, один из основателей имажинизма, БелыйПоэт, писатель, БрюсовПоэт, ПришвинСотрудник министерства торговли и промышленности, писатель, КлюевПоэт, Ремизов, Фигнер и другие.

Дорогой Алексей Максимович! Вы знаете (и я никогда этого не скрывал), что многого в «Новой Жизни» я не разделяю. Тем острее я чувствую в себе потребность пожать Вам руку, когда о вашей газете и о вас говорят и пишут то, что теперь говорят и пишут. Читать далее

О маленькой книжке АхматовойПоэтесса-акмеистка можно написать десять томов — и ничего не прибавишь. А о бесчисленных томах полного собрания сочинений БрюсоваПоэт напишешь только одну книжку — величиной с ахматовскую — и тоже ничего не прибавишь.

Полно

Полно! Не впервые
Испытанья Рок
Подает России:
Беды все — на срок.

Мы татарской воле
Приносили дань:
Куликово поле
Положило грань. Читать далее

Людское море всколыхнулось,
Взволновано до дна;
До высей горных круч коснулась
Взметенная волна,
Сломила яростным ударом
Твердыни старых плит, —
И ныне их теченьем ярым
Под шумы бури мчит.
Растет потоп… Но с небосвода,
Приосеняя прах,
Как арка радуги, свобода
Гласит о светлых днях.

Под небом тускло-синеватым,
Ограждена зеленым скатом
С узором белых повилик,
Река колеблет еле внятно
По синеве стальные пятна
И зыби цвета «электрик».
Обрывки серых туч осели
К вершинам изумрудных елей
И загнутым плащам листвы;
А, ближе, ветер — обессилен
И слабо реет вдоль извилин
Болотно-матовой травы.
Черты дороги — чуть заметны,
Но к ним, как веер многоцветный,
Примкнули кругозоры нив:
Желтеет рожь, красна гречиха,
Как сталь — овес, и льется тихо
Льна синеватого разлив.

Голос — это самое пленительное и самое неуловимое в человеке. Голос — это внутренний слепок души. У каждой души есть свой основной тон, а у голоса — основная интонация. Неуловимость этой интонации, невозможность ее ухватить, закрепить, описать составляют обаяние голоса. Мы знаем, как обыденные слова разговорной речи по-особому звучат в голосах различных поэтов: как у Федора СологубаПоэт по-своему звучат «злой», «смерть», «очарование»; как у БрюсоваПоэт звучит «в веках», «пытка»; как БальмонтПоэт совершенно не похоже ни на кого произносит «Любовь», «Солнце»; а БлокПоэт — «маска», «мятель», «рука». Читать далее

Читали перед обедом газеты. Иван Алексеевич сказал про Чернова… Считается знатоком земельного вопроса! Какая наглость. Ни уха ни рыла не понимать в экономических вопросах и сельском хозяйстве и залезть на пост министра земледелия! Что он может знать! Двенадцать лет в Италии прожил. В деревне за всю свою жизнь ни разу не был. Я уверен, что он пшена от проса не отличит. Министр земледелия, марксист и вместе с тем ужасный декадент, поклонник Брюсова и Бальмонта, восторженный почитатель Ивана Вольнова. Все это в нем совмещается. Государственный муж, Кокошкин, становится посреди комнаты, заложив назад руки, и распевает поэзы Игоря Северянина.

Черные вороны

Каркайте, черные вороны,
Мытые белыми вьюгами:
По полю старые бороны
Ходят за острыми плугами. Читать далее

Выпускает первый номер газеты «Новая жизнь»

Вместе с МаяковскийПоэт-футурист, ЛуначарскийРеволюционер, БрюсовПоэт, ПришвинСотрудник министерства торговли и промышленности, писатель, БенуаХудожник, критик, один из основателей объединения «Мир искусства», ХодасевичПоэт, критик, историк литературы, Князев, Кроткий, РейснерЖурналистка, поэтесса.

Футуристический вечер

Монетой, плохо отчеканенной,
Луна над трубами повешена,
Где в высоте, чуть нарумяненной,
С помадой алой сажа смешана. Читать далее

Дорогой Александр Алексеевич!

Благодарю за письмо, интересное очень. Что до меня — завален больше, чем всегда, работой. Принял на себя «Комиссариат по регестрации произведений печати», т.е. состою Комиссаром-председателем. Работаю не 8 час. в сутки, а 12. Кроме того, пишу. А потом издаю вновь свое «Собрание Сочинений» (10 т., «Парус»), редактирую «Собр. соч.» Верхарна, редактирую Украинский сборник, также серию книг etc. еtc. Попутно читаю курсы лекций в Университете Шанявского. Читать далее

Возраст: 44
Живет в: Москва
Профессия: поэт, переводчик, критик

В этот день:

Сегодня день рождения у
Томас Элиот
+13
В Петрограде
+9
В Москве