Новый пост
Свободная
история
Без вымысла

Проект 1917 — это события, произошедшие сто лет назад и описанные их участниками. Только дневники, письма, воспоминания, газеты и другие документы

За Молодечно, под Крево, был сосредоточен кулак против немцев. Яблоку негде было упасть. В каждом перелеске — батареи, войска. С трудом нашли место для второй летучки, но опасное, неприкрытое. Я никогда не видала такого артиллерийского боя. Разговаривать нельзя было, в ушах стоял гул. Подвозили все новые и новые снаряды, лопались орудия.

Раненых было немного. Большинство инвалиды, офицеры, солдат было мало, с пустяшными ранениями.

— Ну перевязывай, тебе говорят, — и солдат тыкал сестру в нос обрубком пальца.

— Подождите, товарищ, есть раненные в живот…

— А я тебе говорю, перевязывай.

— Не могу, распоряжение…

— Ах ты, сволочь этакая! Б…ь офицерская! Перевязывай, тебе говорят! Читать далее

Пропаганда шла отчаянная везде, по всему фронту. Митинги непрекращающиеся. И эта пропаганда, конечно, достигала своей цели. Что неудивительно: солдаты сидели месяцами в окопах, устали, оголодали. И тут им говорят: «Идите домой, земля будет ваша, фабрики будут ваши, жизнь начинается другая».

Скоро, Бог даст, увижусь с вами. Сегодня три дня, как нет лихорадки, и я чувствую себя хорошо, и даже на костылях хожу по коридору. Рана очень быстро заживает. Завтра вынут резиновый дренаж…

Я подъехала к первой летучке, персонал и начальник летучки выбежали из палатки ко мне навстречу: «Пожалуйста, разрешите нам поехать на собрание. Керенский выступает. Это совсем близко, только три версты отсюда, он будет говорить!»

Мне тоже хотелось его послушать, и мы все вскочили в машину и поехали. Опоздали. КеренскийПредседатель Временного правительства уже говорил. Читать далее

Все говорили речи. Везде, как грибы, вырастали трибуны. Куда ни приедешь, везде собрания. Стали появляться странные люди. Они говорили больше всех, призывали бросать фронт, не подчиняться офицерам. Говорили офицеры, сестры — все. Помню, приехала в отряд. На трибуне большевик. Не успел кончить, вскочил на трибуну шофер, поляк, с которым я только что приехала. Читать далее

Просто мучительно смотреть на этих полуграмотных людей, которые не знали, что с ними завтра будет, и боялись.

Савельев мог ударить, убить. Было страшно от этой мысли, но злобы, возмущения не было. Убил бы и не был бы виноват, а только жалок. Я говорила с ним на другой день. Читать далее

— …Вашу мать! Читать далее

Приехала дочь СашаСестра милосердия. Слава богу, все такая же цветущая и полная и все так же весело и громко хохочет. Не хочется и очень радоваться посещению Саши, так как она пробудет еще только два дня, а мы так долго о ней тревожились и ждали ее. 

В Ясной Поляне

Я проснулась от знакомого звука. Забухали тяжелые орудия, один за другим просвистели тяжелые снаряды. Встрепенулись люди, заговорили, загремели цепями лошади на коновязи, как всегда завыл отрядный большой пес Рябчик. Несколько снарядов шлепнулось в противоположный берег, взрывая фонтаном землю. С горы из соседних воинских частей в одном белье бежали в нашу лощину солдаты.

Все, и офицерство, и сестры, и врачи, и земгусары, — все делали вид, что не только изменилось правительство и вместо Николая IIРоссийский император стала у власти группа интеллигентов, а что изменились они все. В течение нескольких дней не только солдаты, но и весь командный состав изменил государю. Монархистов не осталось среди офицерства. Легко и просто вдруг стали вежливы с солдатами, перешли на «вы», прибавляли к приказу «пожалуйста».

Это было так тяжело. Солдаты ничего не понимали. Ведь каждую минуту выскакивали какие-то ораторы, говорили речи. Сначала коммунисты, потом против коммунистов. И солдаты совершенно не могли разобраться, кто к чему призывает.

Я выписалась из госпиталя, когда рана не вполне еще зажила. Доктор назвал меня безумной, но отпустил. В самую распутицу я приехала в отряд.

— Вас ждут санитары, — сказал начальник летучки, — когда вы можете пойти к ним? Читать далее

Красивые такие слова «война до победного конца» хороши в тылу, где люди хлопочут о восьмичасовом рабочем дне, а в окопах, где солдаты сидят бессмысленно по восемь-десять дней по пояс в воде, звучат как-то жалко и фальшиво.

Возраст: 33
Интересы: христианство, благотворительность, медицина, Красный Крест

В этот день:

+11
В Петрограде
+11
В Москве