Новый пост
Свободная
история
Без вымысла

Проект 1917 — это события, произошедшие сто лет назад и описанные их участниками. Только дневники, письма, воспоминания, газеты и другие документы

Прошло почти полгода, что я рассталась с АндреемКузен Николая II, пятый в очереди на престол, и меня стало все более и более тянуть к нему в Кисловодск. Из его писем я знала, что переворот почти не коснулся Кисловодска и что после первых тревожных дней жизнь вошла в свою колею и протекала сравнительно мирно и тихо. Многие семьи начали покидать Петербург и уезжать на Кавказ. Съехались туда и представители финансового мира. Все считали, что оставаться в столице рискованно, могут возникнуть новые беспорядки и даже перевороты, снова пойдут аресты.

статья

Подробности отречения императора из первых рух

Сегодня мамáВдова великого князя Владимира Александровича получила бумагу, копия ниже. История возникновения этой бумаги осталась невыясненной. Вероятнее всего, комитет сам запросил министра юстиции, можно ли мамá выехать, т.к. комитет с первого же дня хотел, чтоб мамá уехала. Это им развязывало руки, освобождало от обязанности платить караулу, а главное, они хотели отъезда ввиду того, что весь арест был вызван по их глупому и бестактному поведению в ночь 12 марта, и мамá была им живым укором. Об этом намекал и Караулов, но переезд в Финляндию не разрешили, а Кисловодскому комитету мы не поручали просить что бы то ни было. Читать далее

Арест фактически снят. В 5 ч. 50 м. вечера караул покинул дачу Семенова на Померацевской ул., № 1, где жила мамаВдова великого князя Владимира Александровича. Всего арест длился с 15 марта. Радость неописуемая. Бедная мама, как она мучилась.

В продолжении полутора месяца мать моя, великая княгиня Мария ПавловнаВдова великого князя Владимира Александровича, находится под домашним арестом, крайне тяжело отражающимся на ее сильно пошатнувшемся здоровье. Между тем, до сих пор ей не было предъявлено никаких обвинений и не сообщены поводы к аресту, а потому прошу Вас, господин министр, не найдете ли Вы возможным, если у Вас имеются хотя бы малейшие к тому основания, назначить следствие, которое выяснило бы причины ареста, а в противном случае настоятельно прошу Вас освободить мою мать от домашнего ареста. Читать далее

Вернулись из Ракитного Ирина и ФеликсЕдинственный наследник богатейшей семьи Юсуповых, муж троюродной сестры Николая II, организатор убийства Распутина в восторженном настроении духа, был у них и подробно осмотрел все места драмы. Невероятно! Они спокойно обедают в той же столовой: муж, жена, АндрейКузен Николая II, пятый в очереди на престол, Федор и Никита.

Не могу понять психики. Чем, например, объяснить неограниченное доверие, которое оказывал Распутин молодому Юсупову, никому вообще не доверяя, всегда опасаясь быть отравленным или убитым? Читать далее

Великий князь Сергей Михайлович вернулся из Ставки и был освобожден от занимаемой им должности, он предложил мне жениться на мне, но я по совести не могла принять это  предложение — ведь Вова был сыном АндреяКузен Николая II, пятый в очереди на престол. Великого князя Сергея Михайловича я бесконечно уважала за его беспредельную преданность мне и была ему благодарна за все, что он сделал для меня в течение годов, но чувства любви, которое я испытывала к Андрею, я к нему никогда не питала. Он хорошо это знал, и потому простил мне то, что случилось, когда я так безумно полюбила Андрея. В этом моя душевная драма.

Преступной мерой является допущение армии в политическую борьбу страны. Нигде в мире ничего подобного никогда не было. До такой глупости еще никто не додумался, кроме ГучковаЛиберал-консерватор, оппозиционер, член IV Государственной думы, с 15 марта 1917 года - военный и морской министр. В мирное время этот опыт можно сделать, но во время войны, повторяю, преступно. Уже в некоторых частях солдаты выбирают своих офицеров, удаляют нежелательных. При таких условиях никакой дисциплины быть не может и выиграть войну при этих условиях — прямо немыслимо.

Я выехал в Тифлис повидать дядю Николашу. На вокзале узнал, что дядя Николаша уезжает из Тифлиса в 10 ч. утра, ввиду чего я остался в вагоне ночевать. В 8 ч. утра мне передали, чтоб я перешел в вагон дяди. Скоро после отхода поезда он позвал меня к себе и вот что сказал: Читать далее

Сегодня, как гром, нас обдало известие об отречении Государя за себя и Алексея от престола в пользу Михаила Александровича. Второе отречение великого князя Михаила Александровича от престола еще того ужаснее. Писать эти строки при переживании таких тяжелых моментов слишком тяжело и трудно. В один день все прошлое величие России рухнуло. И рухнуло бесповоротно — но куда мы пойдем. Призыв Михаила Александровича к всеобщим выборам ужаснее всего. Что может быть создано, да еще в такое время.

О! Боже, за что так наказал нашу Родину. Враг на нашей территории, а у нас что творится. Нет, нельзя выразить все, что переживаешь, слишком все это давит, до боли давит.

 Ввиду того, что я назначен верховным главнокомандующим, ты меня в Тифлисе не застанешь. Дядя Николаша

Караулов своими собеседованиями произвел в крае самое лучшее впечатление и внес много успокоения, разъяснив волнующие вопросы, и наладил внутреннюю жизнь, внеся во все трезвый и ясный взгляд. Одну его фразу я считаю прямо гениальной. На вопрос, следует ли военным отдавать честь, он сказал: «У кого много чести, тот и будет ее отдавать, а у кого чести нет, тому нечего отдавать».

Около 4 часов я получил из Тифлиса от дяди Николаши следующую телеграмму. Это ответ на мой запрос, когда могу застать дядю в Тифлисе:

«Ввиду того, что я назначен верховным главнокомандующим, ты меня в Тифлисе не застанешь».

Телеграмма подана в 14 ч., а получена в 14 ч. 45 м. На запечатанном конверте написано, что для доставления отправлено в 15 ч. 40 м., т. е. почти через час после получения. Тоже мало понятно.

Дядя Николаша позвал меня к себе и вот что сказал: «Получив первые сведения, я выехал в Тифлис, где получил телеграмму от Алексеева, что, по мнению всех командующих армий, Государь должен отречься от престола и просил меня лично телеграфировать об этом Государю, что мне и пришлось сделать. Я написал приблизительно так: «Впервые дерзаю как верноподданный коленопреклоненно умолять Ваше Императорское Величество для пользы и т.д. отречься от престола».

Ответа, конечно, не получил, получил лишь текст манифеста.

По последним телеграммам, полученным мама от Кирилла и Бориса, видно, что в Петрограде творится что-то неладное. Мама мне говорила, что еще перед отъездом в Царском Селе во дворце была корь. Теперь от Ратьковых получена телеграмма с известием, что Аня Вырубова при смерти и тоже от кори. Государь уехал в армию и, сопоставляя все вместе, народная молва утверждает, что корь не нечаянно попала во дворец, и Государь недаром уехал как раз перед закрытием Думы. Что там было и чем руководствовались при принятии такого крупного решения — не знаем, но знаем, что это произвело весьма тягостное впечатление на всех.