Новый пост
Свободная
история
Без вымысла

Проект 1917 — это события, произошедшие сто лет назад и описанные их участниками. Только дневники, письма, воспоминания, газеты и другие документы

Многоуважаемый Аким Львович! Я, конечно, охотно буду присылать в «Биржевые Ведомости» по Вашему отделу статьи и заметки. Но должен сознаться, что я мало склонен писать библиографические отзывы о книгах в узком смысле слова. Читать далее

Нет ничего ужаснее разлагающейся войны, разлагающейся армии, и притом колоссальной, многомиллионной армии. Разложение войны и армии создает хаос и анархию. Россия поставлена перед таким хаосом и анархией.

Настоящих партий с реальной программой у нас еще нет. Лозунги партий — совершенно условны, непонятны тем, к кому обращены, не берутся всерьез теми, которые их провозглашают. Так напр., какое реальное значение имеет лозунг «вся земля трудящемуся народу» в муниципальных выборах, где все связано с деловым благоустройством города? Городская дума не призвана решать вопроса о земле для крестьян, ей не принадлежит право законодательных функций. И та масса главным образом городской прислуги, которая соблазнилась лозунгом «земля и воля», введена в заблуждение.

Я не поклонник ПлехановаЖурналист, писатель, историк, и идеи его мне чужды. Но сейчас он вызывает к себе большое уважение и трогает. Он мог бы быть самым популярным и прославленным человеком в России, он — многолетний вождь русской социал-демократии. Для этого он должен был бы держать себя хоть капельку как демагог, вступить на путь лести и потворства массовым инстинктам. Читать далее

Словом «контрреволюция» сейчас безобразно злоупотребляют. То, как применяют сейчас это слово в левой социалистической печати, на уличных митингах, в частных спорах, нельзя назвать иначе, как нравственным шантажом. Это легкий способ заткнуть рот противнику и лишить его слова. Контрреволюционным называется всякое мнение, которое не нравится.

Злоупотребления эпитетом «контрреволюция» нарастают головокружительным темпом. В первые дни русской революции контрреволюционными называли притаившиеся силы старого режима и от них ждали угрозы делу свободы. Но скоро уже контрреволюционными силами были признаны партия «народной свободы»Одно из названий конституционно-демократической партии (кадетов)., все русские либералы, Государственная дума, Земский и Городской союзы. Главой контрреволюции был признан МилюковЛидер Конституционно-демократической партии, министр иностранных дел Временного правительства (с 15 марта 1917 года). На этом процесс не остановился. Читать далее

Нельзя допустить одиночества России в мире. Она должна иметь союзников в Европе, и такими союзниками могут быть лишь Англия и Франция. Она должна быть верна союзникам и преследовать общие цели. Лишь тогда она реально, не мечтательно войдет во всечеловечество, в мировую культуру, в мировую ширь. Мечтательный же интернационализм оттесняет нас в Азию и уединяет нас.

Русская революция есть трагикомедия. Это финал гоголевской эпопеи. И, быть может, самое мрачное и безнадежное в русской революции — это гоголевское в ней. В том, что в ней есть от Достоевского, больше просветов. России необходимо освободиться от власти гоголевских призраков.

«Буржуазная» революция сейчас в России и есть не классовая, а сверхклассовая, всенародная революция, осуществляющая задачи общенациональные и общегосударственные. А если бы сейчас в России произошла «пролетарская» революция, то она была бы исключительно классовой, антинациональной и антигосударственной и привела бы к насильственной диктатуре, за которой по непреложному закону последовал бы цезаризм.

Можно критиковать наше Временное правительство с разных точек зрения, но несомненно, что в нем есть высокоразвитое чувство ответственности, оно взяло на себя ответственность за великое целое, именуемое Россией, в самый трудный момент русской истории и готово нести эту ответственность до конца. В нем нет самодовлеющей любви к власти, нет самоутверждения, нет ничего диктаторского. Читать далее

Недавно умер Эрн. БердяевФилософ побывал в Париже. Там с ним встречался аббат Порталь, равно как с МережковскимПоэт, драматург, литературный критик, один из основателей символизма. Он склонялся одно время к католицизму, но отвернулся от него по причине отсутствия постоянной связи, и отход был бесповоротен. Так же как и поэт Вячеслав ИвановПоэт, критик, переводчик, философ: он католик, но вообразил себе, что его женитьба на дочери первой жены осуждается церковью, что, впрочем, явное заблуждение.

В ленинском большевизме идея братства человечества и царства правды на земле, которая пойдет в мир от русской революции, утверждается в исступленной ненависти и раздоре, в обречении на гибель большей части человечества, именуемой «буржуазией». Человечеством признается лишь пролетариат. В «мессианизме» большевиков и максималистов соединяется русская мечтательность и жертвенность с кровавой исступленностью, овечий дух — с разъяренной злобой и ненавистью, чувство братства — с жаждой разъединения и раздора. Так образуется стихия, в которой зло принимает обличье добра, а добро — обличье зла, в которой все двоится, в которой личность человеческая тонет.

Я с утра до вечера ходил по «Москве» и боролся с контрре­волюционным резонерством, с этими праздно растущими «лопухами» испугов и зло­сти. И, наконец, рухнул: куда ни двинешься в Москве, всюду на тебя нападают; и знае­те за что? За якобы «большевизм» (у Бердяевых меня зовут «большевиком»). С утра мама разводила свои «лопухи» (я «лопухами» называю «ахи» да «охи») так, что у нас про­изошла неприятность, от которой я сбежал к Бердяевым, где с места в карьер на меня накинулась Лидия Юдифовна (жена Бердяева) за то, что я, дескать, развращаю «Клуб писателей» (таковой есть у нас) «мистическим большевизмом», что надо, дескать, призывать к «твердости» и прочее, а я-де строю вредные теории о двое- трое- и многовластии как нужном моменте для перехода к следующему акту всемир­но-исторической драмы…

В революции раскрылась все та же старая, вечно гоголевская Россия, нечеловеческая, полузвериная Россия харь и морд. В нестерпимой революционной пошлости есть вечно гоголевское. Тщетны оказались надежды, что революция раскроет в России человеческий образ, что личность человеческая подымется во весь свой рост после того, как падет самовластье. Слишком многое привыкли у нас относить на счет самодержавия, все зло и тьму нашей жизни хотели им объяснить. Но этим только сбрасывали с себя русские люди бремя ответственности и приучили себя к безответственности. Нет уже самодержавия, а русская тьма и русское зло остались.

На Западе в католичестве, а не в протестантизме, хранится вечная святыня Церкви и истинная церковная свобода. Католический мир впадал в грех гордости и самоутверждения, почитая себя полнотой Вселенской Церкви и отрицая вся восточное христианство. Читать далее