Новый пост
Свободная
история

Юлия Ден

Отец — генерал Измаила Селим Бек Смольский. Мать — Екатерина Леонидовна Смольская, урожденная Хорват. Муж — К.А. фон Ден (1877—1932), капитана 1-го ранга, служил в гвардейском экипаже, командира крейсера «Варяг» с 1916 г. Сын — Александр («Тити») (1908—1980); крестник императрицы Александры Федоровны. Принадлежала к ближайшему окружению Царицы, была ее личным другом, поклонница Распутина, у которого неоднократно была, посещала его вместе с Вырубовой в Покровском. После Гражданской войны — в эмиграции. Написала книгу воспоминаний «Подлинная царица».

Без вымысла

Проект 1917 — это события, произошедшие сто лет назад и описанные их участниками. Только дневники, письма, воспоминания, газеты и другие документы

Княгиня Васильчикова — якобы от имени всех русских женщин — написала Государыне предерзкое письмоВ декабре 1916 супруга князя Васильчикова, члена Государственного совета — Софья Николаевна написала Александре Федоровне письмо, в котором разоблачала Распутина и лично императрицу: «Своим вмешательством в политические дела России ведет царствующую династию к неминуемой гибели». Это письмо Государь расценил как оскорбление своей супруги. В результате княгиню Васильчикову выслали из Петрограда в имение Выбити, а за ней добровольно последовал и супруг, предварительно сложивший с себя звание члена Государственного совета., в котором утверждала, будто все классы общества настроены против Нее и требуют, чтобы Она не вмешивалась в русские дела. Рассказывая мне об этой гнусной цидулкеУстаревшее — небольшое письмо, записка., Государыня горько плакала. Читать далее

После смерти Распутина в Царское Село приехали его сын и дочери, которых встретила Государыня. Они рассказали, что вечером накануне убийства их отца он получил записку от князя Юсупова, в которой тот просил Григория Ефимовича прийти к нему. Похоже, что у дочерей было какое-то недоброе предчувствие, и они стали умолять отца остаться дома. Тот, однако, захотел навестить Маленького. Когда же обнаружили один из ботиков, которые надел Распутин из-за глубокого снега на улице, возникло подозрение, что случилась беда. Родные Григория Ефимовича просили Государыню отомстить убийцам за смерть их отца. Ее Величество ответила: Читать далее

Помню, что однажды, прогуливаясь по Морской с офицером, сослуживцем моего мужа, капитана 1-го ранга Дена, я встретила Распутина. Он строго посмотрел на меня, а когда вернулась домой, то нашла записку, в которой «старец» велел зайти к нему. Отчасти из любопытства, я повиновалась. Когда я увидела Григория Ефимовича, он потребовал от меня объяснений.

— А что я должна объяснить? — спросила я.

— Сама знаешь не хуже моего. Ты что же это, хочешь походить на этих распутных светских барынек? Почто со своим мужем не гуляешь?

Сразу после вскрытия во Дворец прибыла Акилина ЛаптинскаяСекретарь Григория Распутина.. По ее словам, она хотела обсудить вопрос о погребении Григория Ефимовича. «Сестра милосердия» сначала поинтересовалась у Ее Величества, не угодно ли ей будет взглянуть на труп. Читать далее

Хотя во Дворец я пришла рано, Ее Величество была уже на ногах и очень приветливо поздоровалась со мной. Она сообщила мне, что Протопопов настоятельно рекомендовал Ей никого не принимать: раскрыт заговор с целью убить Ее. Я была так этим поражена, что невольно воскликнула: Читать далее

Утро было полно забот и волнений. Меня осаждали посетители, желавшие повидаться с Анной Александровной и с Ее Величеством. Я полагаю, что роль, которая мне была поручена, вызвала зависть со стороны придворных, поскольку на этот раз Государыня поручила мне одной принимать за Нее решения, причем официальный этикет не соблюдался.

О Распутине не было никаких известий, но до нас доходили всякого рода тревожные слухи. Некое лицо в течение одного дня двадцать два раза посетило Дворец, надеясь встретиться с Ее Величеством, однако, следуя совету Протопопова, Государыня неизменно отклоняла его просьбы.

По своей натуре я не суеверна, но, признаюсь, мне стало не по себе, когда с грохотом упала икона, сбив при падении портрет Распутина. Я поспешно разделась и легла в кровать, но уснуть не могла. Я лежала с открытыми глазами несколько часов и, лишь под утро задремав, внезапно была разбужена страшным шумом. Откуда-то издалека до меня донесся топот бесчисленного множества ног. Огромная толпа двигалась к Царскому Селу. В голове у меня мелькнула кошмарная мысль: должно быть, в Петрограде произошел мятеж. Я выпрыгнула из постели, накинула на плечи плед и кинулась в столовую. Но там было тихо: полицейские офицеры спали прямо на полу.

16 декабря, находясь в Царском Селе, я уведомила Ее Величество, что назавтра хочу встретиться с Григорием Ефимовичем. Но 17 декабря, около пяти вечера (я уже собиралась выйти из дома), мне позвонили из Царского Села. Ее Величеству было угодно поговорить со мной. Мне показалось, что Она взволнована. Читать далее

Я получила телеграмму от Ее Величества с просьбой приехать и встретиться с Ней. Я повиновалась и нашла Ее в одиночестве, грустной и явно встревоженной. Она не сразу перешла к делу, которое больше всего Ее волновало. Потом Ее словно прорвало, и Она заговорила о жестокости людей, которые злобно нападают на Нее.