Новый пост
Свободная
история
Без вымысла

Проект 1917 — это события, произошедшие сто лет назад и описанные их участниками. Только дневники, письма, воспоминания, газеты и другие документы

Я знаю уловки импресарио. Дягилев есть тоже импресарио, ибо держит труппу. Дягилев научился обманывать у других импресарио. Он не любит, чтобы ему говорили, что он импресарио. Он понимает значение импресарио. Все импресарио считаются за воров. Дягилев не хочет быть вором, а поэтому он хочет, чтобы его называли меценатом. Дягилев хочет попасть в историю. Дягилев обманывает людей, думая, что никто не знает его цели. Дягилев красит свои волосы, чтобы не быть старым. Читать далее

Дягилев есть должник. Дягилев мне должен деньги. Дягилев думает, что он мне все выплатил. Дягилев проиграл процесс в Буэнос-Айресе. Я выиграл процесс в 50 000 франков. Дягилев еще мне должен около 20 000 франков. Я не хочу 50 000 франков, но я хочу мои деньги заработанные, которые Дягилев мне еще должен от процесса, который выиграл мой английский адвокат Луис. Его зовут по-английски сэр Луис. Я не люблю сэров, а поэтому они не умеют срать. Я сру по-человечески, а не деньгами.

Я уверен, революция не нарушит культурной жизни России; мы всегда будем работать ради нашего искусства, и, конечно, новые власти теперь должны просить Сергея Павловича стать директором Мариинки.

Итак, сезон окончился; труппа возвращалась в Европу. Нужно думать о будущем. МужТанцовщик ска­зал, что телеграфировал Дя­гилеву: «В принципе я согласен обсудить проект поездки в Испанию». В нем вновь вспыхнула надежда, что, в конце концов, между ним и Сергеем Павловичем возникнет понимание. Несомненно, он тосковал по ста­рой дружбе и Дягилеву прошлых лет. Читать далее

Я хочу сказать, что дети должны быть всегда с матерями. Я взял мою Киру в Америку. СтравинскийКомпозитор провожал меня на вокзале. Я ему дал руку очень холодно. Я не любил его, а поэтому хотел дать ему почувствовать, но он меня не почувствовал, ибо он меня поцеловал. Я не знаю, поцелуй был ли иудейский или дружеский, но я имел скверное чувство. Я уехал в Америку. Я был в Америке год с половиной. Я не любил ездить с ребенком, а поэтому его оставил в Нью-Йорке. Стравинский мне ничего не писал. Я ему тоже ничего не писал. Теперь я уже живу почти полтора года, а о нем ничего не знаю.

 

Когда мы прибыли в Чикаго, я объявила — если онТанцовщик в самом деле решил зажить жизнью толстовца, я возвращусь в Нью-Йорк одна. Он может оставить себе Киру, если захочет, поскольку я никогда не смогу приспособиться к этой жизни. Вацлав отвез меня и дочку на вокзал и выглядел таким грустным и робким, что я не выдержала и сказала, если буду нужна, стоит ему только позвать, я сразу приеду.

Я поговорила с мужем очень откровенно, сказала, что при всей моей любви и восхищении им я не могу согласиться с его идеей бросить танцы и жить в России жизнью простого мужика-землепашца. Я понимала, что он измучен вечно кочевой жизнью, которую вел Русский балет, соглашалась, что искусство нуждается в мире и творческая работа возможна только в спокойной атмосфере; что он не из тех, кто использует свое мастерство в коммерческих целях. Я была готова ехать с ним в Россию, но не верила, что он в состоянии бросить то, что любил больше всего — танцы; это не может быть его собственным убеждением, он находится во власти чьих-то злых чар. ВацлавТанцовщик в течение разговора задумчиво молчал.

1/4
Роберт Эдмонд Джонс. Эскиз костюма для балета «Тиль Уленшпигель». 1916

Ты все-таки ошибаешься, думая, что я «вернулся из Америки» и, следовательно... Этого «следовательно»-то и нет. Я, что называется, при последнем издыхании из-за войны и именно из-за той Америки, которая должна была бы дать дышать. Всю последнюю неделю провел в ужасных трансах.

Дело в Америке так расклеилось, что (невообразимо!) я получил три депеши на «ты» с подписью «ВацаТанцовщик», где он меня умоляет немедленно приехать в Америку, так как он пришел к убеждению, что единственное спасение (для него!!) — «работать нам вместе». Вот уж лучше поздно, чем никогда. Все это, однако, свидетельствует, что ему действительно был «приставлен нож к горлу», чтобы писать подобные телеграммы. Я сделал все, чтобы уладить или хотя бы отсрочить развязку. Но главное же — три месяца я не получаю из Америки ни одного гроша. Вот они, выгодные американские предприятия. Читать далее

Труппа приехала в Вашингтон, где дала три представления. На одном из них присутствовал президент Вудро Вильсон и весь дипломатический корпус, и ВацлавТанцовщик выразил правительству страны глубокую благодарность. Закружилась светская жизнь.

«ТильРечь идет о последнем балете Вацлава Нижинского «Тиль Уленшпигель», который он поставил, исполнив главную партию.» вышел хорошо, но был поставлен слишком скоро. Он был вынут слишком скоро из печки и поэтому был сырой. Американская публика любила мой сырой балет, ибо он был вкусен. Я его сварил очень хорошо. Я не люблю вещи не сваренные, ибо знаю, как после болит желудок. Читать далее

Я сочинил балетРечь идет о последнем балете Вацлава Нижинского «Тиль Уленшпигель», который он поставил, исполнив главную партию. на музыку Штрауса Рихарда. Я сочинил этот балет в Нью-Йорке. Я его сочинил скоро. У меня требовали постановку в три недели. Я согласился на предложение, ибо мне ничего не оставалось. Я знал, что если я не соглашусь, то у меня не будет денег на житье. Я решил и пошел на работу. Я работал, как вол. Я не имел устали. Я мало спал, я работал и работал. Моя жена видела мою работу и жалела меня. Я взял массажиста, ибо если он меня не отмассажировал, то я не мог бы продолжать моей работы. Я понял, что я умираю.

В этот день:

Сегодня день рождения у Вацлав Нижинский и Сергей Вавилов
-5
В Петрограде
-9
В Москве
Индексы
24.68
Мясо парное
(1 сорт, пуд)
31.5
Лён отборный
(пуд)
2.35
Зерно
(пуд)
144
Валюта
(10 фунтов стерлингов)