Новый пост
Свободная
история

Владимир Пуришкевич

Подлецы в шитых золотом мундирах вовсе не олицетворяют монархические идеалы, а, наоборот, дискредитируют их.

Без вымысла

Проект 1917 — это события, произошедшие сто лет назад и описанные их участниками. Только дневники, письма, воспоминания, газеты и другие документы
В Петрограде

Брусилов на встрече Нового года в своем Штабе сказал большую речь, ну, конечно, этакую бравурную. Беру из нее несколько строчек: «Я лично, как по имеющимся в моем распоряжении сведениям, так и по глубокой моей вере, вполне убежден, как вот в том, что я жив и стою здесь, пред вами, что в этом году враг будет наконец окончательно разбит».

Пуришкевич тоже говорил, что в августе 1916 года триумфально войдет в Варшаву.

На фронте

Распутин не представлял собой какой-либо крупной величины былых фаворитов, был простым умным мужиком, попавшим в случай и потому пользовавшимся своим положением, но в том окружении, которое создалось около него, он представлял уже крупное зло, компрометируя престиж царского достоинства и ореол величия царя в глазах народа. Для революционеров жизнь Распутина была, может быть, драгоценнее, чем для царской семьи, и ни один из них не рискнул бы покуситься на эту жизнь, зная, что тем самым преждевременно наносит величайший вред делу революции. Распутин только и мог быть убит, как это и случилось, лицами правого лагеря и даже близко стоящими к трону. Участие в убийстве Распутина Юсупова, родственника Императорского дома, и Пуришкевича, правого члена Государственной думы, оказало колоссальную услугу революции, дав обществу убеждение в оппозиции престолу не только крайних элементов, но даже лиц, стоящих близко к Императорской фамилии и преданных монархии.

Каким для нас всех было ужасом известие о причастности к убийству Великого Князя Дмитрия Павловича и о его высылке в далекую Персию. Он был вовлечен в заговор с целью бросить тень на всю Императорскую фамилию, а участие Пуришкевича, человека ультраправого направления, как бы оправдывало в его глазах эту преступную затею. Но лично он Распутина не убивал.

Мне, признаюсь, подвиг Феликса и Дмитрия Павловича в сообществе с Пуришкевичем не рисовался в этом романтическом свете. Безобразная драма в особняке Юсупова отталкивала и своим существом, и своими деталями. Спасение России оказывалось призрачным; убийство Распутина ничего изменить не могло. И я предвосхищал суждение русского мужика о гибели своего брата: «Вот, в кои-то веки добрался мужик до царских хором — говорить царям правду, — и дворяне его уничтожили».

Даже не помнится об этом жалком дворцовом убийстве пьяного Гришки. Было — не было, это важно для Пуришкевича. Это не то. А что России так не «дотащиться» до конца войны — это важно. Не дотащиться. Через год, через два (?), но будет что-то, после чего или мы победим войну, или война победит нас. Читать далее

Виновники сенсационного убийства остались ненаказанными. Нельзя же было считать наказанием командировку боевого офицера из одной армии в другую или высылку молодого человека в именье. Про Пуришкевича же вообще и не говорили. За его неприкосновенность, как за члена Думы, горой стоял... Протопопов.

Кошмар этих шести дней кончился! А то и сам на старости лет попал бы в убийцы. Не могу еще разобраться в психике молодых людей. Безусловно, они невропаты, какие-то эстеты, и все, что они совершили, — хотя очистили воздух, но — полумера, так как надо обязательно покончить и с Александрой Федоровной, и с Протопоповым. Читать далее

Уезжает из Петрограда в сторону Румынского фронта

Глубокая ночь. Вокруг меня полная тишина. Плавно качаясь, уносится вдаль мой поезд. Я не могу заснуть; впечатления и события последних 48 часов вихрем проносятся вновь в моей голове, и кошмарная, на всю жизнь незабываемая ночь встает ярко и выпукло пред моим духовным взором.

Распутина уже нет. Он убит. Судьбе угодно было, чтобы я, а не кто иной избавил от него Царя и Россию, чтобы он пал от моей руки.

Слух быстро облетел город и принял форму настоящего заговора, обставленного таинственностью. Утверждали, несомненно, что Гр. Распутин был завлечен в дом Юсуповых, где с ним покончили по жребию. Называют, кроме Феликса Юсупова, еще Дмитрия Павловича, Пуришкевича

Сквозь глубокий сон я вдруг услыхал, или вернее угадал телефонный звонок. Машинально я взялся за трубку аппарата, висящего около моей постели. Было около 7 часов утра:

— У телефона Митрофан Пуришкевич, брат члена Государственной Думы. Час тому назад мой брат убил Распутина. В настоящий момент его труп уже плывет к морю. Сообщаю вам это по поручению моего брата, который просит вас сделать соответствующее сообщение в вечернем издании. Читать далее

Я заехал в Государственную думу послать телеграмму в Москву Маклакову «Когда приезжаете?» — обозначавшую, как было обусловлено, что Распутин убит.

Все визиты я, не нуждавшийся уже решительно ни в чем, делал с единственной целью ддя того, чтобы меня сегодня, с самого раннего утра, видели за обычным делом посторонние мне люди разнообразных профессий и классов общества и могли бы, если бы понадобилось, удостоверить, что я был таким же сегодня, каким они меня знали всегда.

Поручик Сухотин передал мне просьбу Дмитрия Павловича немедленно приехать к нему во дворец. Во дворце я застал еще и Юсупова, оба они были чрезвычайно взволнованы, пили чашку за чашкой черный кофе и коньяк, заявив, что Императрица Александра Федоровна уже осведомлена об исчезновении и даже смерти Распутина и называет нас виновниками его убийства.

Вся полиция и все сыскное отделение уже поставлены на ноги в целях разыскать труп убитого и найти все нити этого дела. «Как видите, — сказал Юсупов, — мы сочиняем письмо Александре Федоровне». Читать далее

Исполнив свое дело, мы вновь поднялись наверх, чутко прислушиваясь к малейшим звукам, доходившим с улицы. «Едут!» — полушепотом заявил я вдруг, отходя от окна. Поручик Сухотин кинулся к граммофону, и через несколько секунд раздался звук американского марша «Янки-дудль».

Должен подъехать Лазаверт, одетый шофером, с пустым автомобилем, и отсюда я, сев в него, поеду во дворец Юсупова. Я чувствую величайшее спокойствие и самообладание. На всякий случай беру с собою стальной кастет и револьвер мой, великолепную вещь системы «Sauvage», — кто знает, может быть, придется действовать.

Того, чего мы ожидали, не произошло. Мирная беседа внизу продолжалась, а собеседники, очевидно, не пили и не ели еще ничего. Наконец, слышим, дверь снизу открывается. «Представьте себе, господа, — говорит Юсупов, — ничего не выходит, это животное не пьет и не ест, как я ни предлагаю ему обогреться и не отказываться от моего гостеприимства».

Перед диваном в гостиной, на шкуре белого медведя лежал умирающий Григорий Распутин, а над ним, держа револьвер в правой руке, совершенно спокойным стоял Юсупов, с чувством непередаваемой гадливости вглядываясь в лицо им убитого «старца».

Сейчас я стоял над этим трупом, и меня волновали самые разнообразные и глубокие чувства; но первым из них, как теперь помню, было чувство глубочайшего изумления перед тем, как мог такой, на вид совершенно обыденный и отвратительный, мужик влиять на судьбы России и на ход жизни великого народа, страна коего, в сущности, представляет часть света, а не государство.

В гостиной, поочередно поздравив Юсупова с тем, что на его долю выпала высокая честь освобождения России от Распутина, мы заторопились окончанием нашего дела. Поручик Сухотин, доктор Лазаверт и великий князь Дмитрий Павлович уехали на вокзал к моему поезду, чтобы сжечь одежду Распутина. Мы с Феликсом Юсуповым остались вдвоем.

Возраст: 46
Живет в: Петроград
Убеждения: монархист, черносотенец, националист
Чин: действительный статский советник
Работа: депутат Государственной Думы

в этот день:

Сегодня день рождения у Казимир Малевич и Рюрик Ивнев
-22
В Петрограде
-23
В Москве
Индексы
24.68
Мясо парное
(1 сорт, пуд)
35
Лён отборный
(пуд)
2.35
Зерно
(пуд)
144
Валюта
(10 фунтов стерлингов)