Новый пост
Свободная
история
Без вымысла

Проект 1917 — это события, произошедшие сто лет назад и описанные их участниками. Только дневники, письма, воспоминания, газеты и другие документы

Я немедленно написал на имя главнокомандующего Алексеева рапорт, в котором указывал, что приказ военного министра лишает меня права просить об увольнении от должности, а потому я оставляю на усмотрение Временного правительства вопрос о том, могу ли я при данных условиях оставаться на своем посту, не имея способов к выполнению порученного мне дела. Кроме того, я заявил, что снимаю с себя моральную ответственность за все, что может произойти в дальнейшем при управлении войсками фронта. Копию рапорта со своим личным письмом я отправил князю Львову как главе Временного правительства.

Я рассчитывал на приезд Керенского в Минск и надеялся серьезно поговорить с ним, чтобы указать на неустойчивое положение армии, стоявшей на опасном уклоне, ведущем к дезорганизации, и на необходимость стабилизировать ситуацию. Но ожидал я его прибытия в Минск, как оказалось, тщетно. После посещения Петрограда я понял, что главнейшие вожаки Совета, направлявшие жизнь всей страны и, по их собственному выражению, «углублявшие революцию», были неискренни, когда утверждали, что предпримут все возможные меры для восстановления армии. Я видел, что им очевидна безвыходность положения, в котором они очутились. Читать далее

У Временного правительства нет власти. Оно проявляет волю только тогда, когда говорит со слабыми, с офицерским составом, с теми, кто больше всего нуждается в поддержке. Временное правительство гонит лучших генералов из русской армии: Юденича, КолчакаКомандующий Черноморским флотом, ГуркоГенерал от кавалерии, Драгомирова. Обвиняет их в том, что они не умеют насадить порядок. Но они никакой поддержки во Временном правительстве не встречают. Временное правительство ни разу не подняло голоса, чтобы прекратить безобразия на фронте. Читать далее

Перед отъездом из Петрограда я нашел время посетить британского посла сэра Джорджа Бьюкенена, предварительно уведомив его о своем намерении. Я хотел переговорить с ним о взаимоотношениях России и государств Согласия. Я понимал, что удельный вес России в альянсе заметно уменьшился. Тем не менее мне хотелось обратить внимание посла на то, что сохранение лояльности в отношении России по-прежнему остается в интересах союзников, поскольку, оставленная на произвол судьбы, она попадет под влияние Германии.

Я активно занялся отдачей последних распоряжений, касающихся подготовки к наступлению, назначенному на середину июня. В первые месяцы революции снабжение не просто ухудшилось, но даже совершенно прекратилось. Однако в мае месяце 1917 года поставки провианта в значительной степени наладились. Временное правительство, не теряя времени, раструбило не только в России, но и по всему миру, что положение у нас изменилось к лучшему. Читать далее

Первым приказом КеренскогоМинистр юстиции, ранее член IV Государственной Думы после занятия им поста министра стало заявление о том, что высшие военные начальники ни при каких условиях не имеют права оставлять свой пост или просить об увольнении или отставке. Мне было ясно, что это распоряжение направлено против меня.

На совещании председательствовал князь Львов; слева от него разместились Алексеев с Брусиловым и Драгомировым; справа от Львова сидел я; далее Щербачев и совсем близко от него — Керенский. Генерал Алексеев говорил, в первую очередь, о разосланном нам проекте декларации прав солдата. Он сказал, что, хотя командующие и не исключают возможности регламентации прав нижних чинов, однако эти правила должны также определять обязанности каждого военнослужащего и права начальствующих лиц. Читать далее

В Петрограде съехались наши главные вояки: АлексеевНачальник штаба Верховного главнокомандующего, с 24 марта 1917 года - Верховный главнокомандующий, БрусиловГенерал-адъютант, главнокомандующий Юго-Западного фронта, ГуркоГенерал от кавалерии, Драгомиров и командующий Румынским фронтов Щербачев. Все еще не сказали они, что воевать бесцельно, и признали положение угрожающим, но не безнадежным. Правительственный кризис не закончен: несомненно, будет образовано коалиционное министерство, причем военным и морским назначается КеренскийМинистр юстиции, ранее член IV Государственной Думы. В Месопотамии наши части встретили сильное сопротивление и вынуждены отойти назад. Читать далее

Пришлось выслушать оригинальное выступление знакомого мне помещика одной из малороссийских губерний, высказанное, впрочем, не без иронии. Он сообщил, что в Киеве через несколько дней соберется съезд украинской Рады, на котором, вероятно, предполагается объявить об отделении Украины от России. Читать далее

В первый раз получил возможность встретиться с КеренскимМинистр юстиции, ранее член IV Государственной Думы. При встрече с членами правительства главнокомандующие, прежде всего, объяснили им, что приехали с целью убедить Временное правительство в необходимости принятия решительных мер для восстановления в армии дисциплины, без которой невозможно рассчитывать на боеспособность войск. До сих пор все говорили солдатам только об их правах; теперь настало время напомнить им и об их обязанностях. Читать далее

Военный министр ГучковЛиберал-консерватор, оппозиционер, член IV Государственной думы, с 15 марта 1917 года - военный и морской министр подал в отставку, объявив себя бессильным изменить условия, в которых осуществляется власть, — «условия, угрожающие роковыми последствиями для свободы, безопасности, самого существования России». Генерал ГуркоГенерал от кавалерии и генерал БрусиловГенерал-адъютант, главнокомандующий Юго-Западного фронта просят освободить их от командования. Отставка Гучкова знаменует ни больше ни меньше как банкротство Временного правительства и русского либерализма. В скором времени КеренскийМинистр юстиции, ранее член IV Государственной Думы будет неограниченным властелином России… в ожидании ЛенинаЛидер партии большевиков.

Нет сомнения, что к началу мая демократизация армии изрядно продвинулась вперед. При моем появлении среди членов президиума участники съезда не сочли нужным ни встать, ни приветствовать в моем лице главнокомандующего армиями Западного фронта. Председательствовал на съезде отнюдь не врач, как того можно было бы ожидать, а простой санитар, не имеющий медицинского образования. Читать далее

Четверо главнокомандующих встретились в штаб-квартире генерала АлексееваНачальник штаба Верховного главнокомандующего, с 24 марта 1917 года - Верховный главнокомандующий. Духонин по своему обыкновению отмалчивался. Остальные сотрудники командующих пришли к выводу, что принятие новых правил приведет к увеличению числа нарушений военных законов, а главное — к еще большему упадку дисциплины. После обсуждения я высказался в том смысле, что не исключаю возможности обратиться к Временному правительству с общим заявлением всех военных руководителей высшего ранга о своем вынужденном уходе в отставку в случае принятия декларации о правах военнослужащих. Читать далее

В Военном министерстве под эгидой Советов и с участием их делегатов была создана комиссия под председательством бывшего военного министра генерала Поливанова. В ее компетенцию входила разработка правил, регулирующих вопросы прав рядовых военнослужащих. По выбору военного министра для работы в комиссии были вызваны некоторые из руководителей армии, впрочем, рангом не выше командиров бригад. Тем не менее в основном она была составлена из делегатов рабочих и солдатских Советов. Читать далее

Ко мне явилась делегация социалистов, приехавших из Франции и Англии. В нее входили депутаты французского парламента и представители британских тредюнионов. Сопровождавший делегацию офицер из Военного министерства объяснил мне, что они пришли в большое расстройство при виде того, как наша армия при нынешнем положении дел теряет боеспособность. Мы были заинтересованы в том, чтобы члены делегации получили самое точное представление о наших военных возможностях, которые в это время благодаря влиянию начальствующего состава постепенно возрастали. Читать далее

Неизвестно почему, но не было ни единого случая, чтобы на устраиваемый по моему распоряжению смотр какая-нибудь воинская часть вынесла свои красные тряпки, хотя я так никогда и не издал по этому поводу формального приказа. Единственным исключением стал смотр одного из полков 51-й дивизии, входившей в состав 2-го Кавказского корпуса. Читать далее

Во время инспекционных поездок я среди прочего посетил наилучшим образом зарекомендовавший себя 1-й Сибирский корпус. Мой приезд туда совпал по времени с совещанием солдатского комитета корпуса. Приехав ближе к ночи, я застал членов комитета на маленькой площади перед домом командира корпуса. Они прервали свою работу, и сначала председатель, а вслед за ним какой-то простой солдат, тоже участвовавший в собрании, приветствовали меня вместе с командиром корпуса теплыми патриотическими речами. Обращаясь ко мне, рядовой назвал меня «отцом командиром», а закончив говорить, совершенно неожиданно взял и поцеловал мне руку, чем крайне удивил меня.

Перед закрытием съездаОбщефронтовой съезд в Минске. я счел своей обязанностью еще раз появиться в стенах театра. В заключительной речи я особенно хотел объяснить делегатам, приехавшим из фронтовых частей, в какой огромной степени все они несут ответственность за будущий боевой дух войск и за укрепление веры в необходимость сражаться до победного конца. Должен отметить, что не заметил никакой разницы между отношением собрания ко мне лично или к моим словам. При входе меня, как обычно, горячо приветствовали; такой же энтузиазм вызывали патриотические призывы. Читать далее

На фоне всех этих сборищ, как армейских, так и с участием местного населения, приятным исключением было собрание польских делегатов, первой целью которых стало выяснение того, каким образом следует поддерживать дисциплину. Во всех речах, произнесенных на этом съезде, звучала нота патриотизма. В первую очередь, все говорили о создании эффективной армии, основанной на обыкновенной дисциплине, и только потом — о восстановлении свободной и независимой Польши. У делегатов съезда хватило такта не поднимать вопроса о том, что земля, на которой они сейчас собрались, должна войти в состав будущего Польского государства. Читать далее

Состоялось открытие фронтового съезда. На него приехали из Петрограда РодзянкоПредседатель IV Государственной думы и члены Думы РодичевЧлен IV Государственной думы, кадет и Масленников. В их присутствии начался митинг. Однако до этого почти целый день и ночь сторонники разных политических течений выясняли, кого следует сделать председателем съезда. 

В этот день:

+9
В Петрограде
+10
В Москве
Индексы
24.68
Мясо парное
(1 сорт, пуд)
31.5
Лён отборный
(пуд) «посл. данные»
2.35
Зерно
(пуд)
183.5
Валюта
(10 фунтов стерлингов)