Новый пост
Свободная
история

Министерство искусств

Революционная лихорадка заразила всех, в том числе художников, писателей, артистов, и композиторов. Самые талантливые люди столицы объединяются, чтобы создать министерство искусств и спасти культуру России от нее самой.

Участники: Федор Шаляпин, Максим Горький, Александр Бенуа, Зиновий Гржебин и еще 2, Мстислав Добужинский, Сергей Маковский

Без вымысла

Проект 1917 — это события, произошедшие сто лет назад и описанные их участниками. Только дневники, письма, воспоминания, газеты и другие документы

Наше очередное заседание состоялось на сей раз не у Неклюдова, а у ШаляпинаОперный певец (бас), солист Императорских театров, в его особняке (на Каменностровском — в одной из маленьких улиц, выходящих на проспект). Самое заседание получилось одним из самых бестолковых. Сплошное перескакивание с одного вопроса на другой, не покончив с первым. Кто-то вошел с требованием усиления средств Тифлисского музея (а ведь вообще у нас никаких своих средств пока нет), кто-то заговорил о новом типе почтовых марок и ассигнаций, кто-то взывал к немедленному приобретению боткинских «Ивановых» для Музея Александра III. Читать далее

Необычайный переворот заставил очень сильно зашевелиться все слои общества, и, конечно, кто во что горазд начали работать хотя бы для временного устройства так ужасно расстроенного организма государства. Вот и я тоже вынужден почти ежедневно ходить по различным заседаниям — пока я состою в Комиссии по делам искусства и на днях вступлю в Общество по изучению жизни и деятельности декабристов, проектов для возведения им памятников и проч., и проч.!

После обеда я поехал в другой конец города — проведать болеющего ФилософоваПублицист, критик, товарищ председателя Религиозно-философского общества. МережковскийПоэт, драматург, литературный критик, один из основателей символизма выразил бурную радость по поводу моего появления. ЗиночкаПоэтесса, литературный критик тоже засуетилась, не оставляя, однако, своего слегка персефложногоУстар. — ироничный. тона. С ДимойПублицист, критик, товарищ председателя Религиозно-философского общества же я сразу вступил во что-то похожее на конспирацию. У них лозунг: поддерживать всеми силами правительство, и в частности КеренскогоМинистр юстиции, ранее член IV Государственной Думы, которого они хорошо знают лично и от которого все трое в восхищении. В то же время они в панике от эсдеков и от большевиков. Читать далее

Завтракал с Макаровым у Донона. Головин назначен, утвержден, и он «всецело на нашей стороне». Однако позже я в газете прочел, что и Львов тоже остается! Как же так? Однако, хоть Головин и «на нашей стороне», он все же находит (видимо, под влиянием Макарова, а Макаров — под влиянием Керенского), что наша комиссия слишком громоздка для выработки проекта уложения, а с другой стороны, она слишком разношерстна. «Ну что могут дать по вопросам государственного значения всякие Нарбуты или Лукомские?» Головин и предлагает образовать негласный совет при себе, и этот совет должен состоять из меня, Макарова, Философова и каких-либо юристов. Пожалуй, это и не так плохо при условии, что сам Головин окажется способным пользоваться подобным советом. Для этого потребовались бы в первую очередь та энергия и та находчивость, которыми в совершенной степени обладает Дягилев, но которые вообще являются великой редкостью.

Уже сняты бронзовые золоченые орлы с ворот, ведущих во двор Зимнего дворца; на воротах же в сад при дворце они еще красуются.

Я, слава богу, жив, здоров и думаю на днях начать петь в театре. Однако в Народном доме едва ли придется начать скоро, так как там стоит сейчас войско, а когда освободит здание — не знаю. Придется, вероятно, петь в Мариинском театре, и думаю, что эти спектакли будут тоже благотворительными.

Конечно, здесь пришлось пережить кое-какие тревоги, но, слава богу, все кончилось пока благополучно. Теперь дела всякие уже налаживаются, и мы скоро заработаем снова. Надолго или нет — не знаю. Читать далее

Я имел разговор с Дягилевой, мачехой Сережи, от которой я пытался узнать Сережин нынешний адрес в Париже, ведь решено послать ему телеграмму с призывом «вернуться в Россию для общей работы» (вероятно, и для ее возглавления). Елена Валериановна считает, что он согласится, — раз перед ним раскрывается здесь столь широкое поле деятельности; мне же, признаться, как-то боязно за него — как бы снова не испить ему горькой чаши нашей бестолковщины и всяческих интриг!

Заседание прошло в обсуждении, каким образом правительство должно нас утвердить — под названием «Комиссии по художественным делам». Составлена новая бумага с предложением нашего сотрудничества... И снова тревога, так как, по слухам, хоронить «жертв революции» собираются на площади Зимнего дворца, где со временем предполагается соорудить грандиозный памятник. Ввиду этого памятника так и захлопотали господа архитекторы. Тут является и опасность, как бы стотысячная толпа, которую привлечет погребальное шествие, под влиянием каких-либо шалых демагогов не ринулась бы на самый дворец и заодно на Эрмитаж! Экстренно мной вызванный ГорькийПисатель, издатель согласился сам съездить в Совет рабочих депутатов урезонивать «товарищей». Читать далее

Временное правительство вполне согласно с необходимостью принять меры к охране художественных ценностей и образовало комиссариат для охраны художественных ценностей в составе Неклюдова, ШаляпинаОперный певец (бас), солист Императорских театров, ГорькогоПисатель, издатель, БенуаХудожник, критик, один из основателей объединения «Мир искусства», Петрова-ВодкинаХудожник, теоретик искусства, Добужинского, Рериха и Фомина.

Образовавшаяся среди художников Комиссия по делам искусства находит, что намеченное для погребения жертв великой борьбы за свободу место на Дворцовой площади едва ли избрано удачно, так как эта площадь с художественной точки зрения является вполне законченным архитектурным целым, не допускающим загромождения новыми памятниками.

Со своей стороны Комиссия предлагает избрать Казанскую площадь, являющуюся местом многократных выступлений в пользу освобождения, или Марсово поле, где раздались первые выстрелы, возвестившие начало великой революции.

Самое наше (первое!) заседание состоялось в столовой за красным сукном. Занялись мы сразу составлением «обращения к массам», направленного к предотвращению «вандализмов». Из четырех текстов — Горького, моего, Шаляпина и Билибина — как это ни странно, наиболее удачным и целесообразным оказался последний. Затем Шаляпин ознакомил нас со своей несколько туманной мечтой о новом театре, и, наконец, было решено целой группой отправиться в Петергоф, чтоб убедиться на месте, что все там в порядке. Уже мы собирались расходиться, когда около полуночи нежданно-негаданно вваливается группа из четырех человек — представителей Общества архитекторов-художников, откуда-то узнавших о нашем собрании и поспешивших явиться под видом ближайших союзников и с призывом к вящей осторожности, как бы-де нам не навлечь на себя обвинение в самозванстве. Читать далее

В ближайшие задачи Комиссии входят: 1) охрана памятников старины; 2) разработка проектов памятников борцам за свободу; 3) устройство народных празднеств; 4) разработка вопросов, связанных как с текущим моментом, так равно и с жизнью и развитием русского искусства.

Имеем честь просить признать существование упомянутой Комиссии с правом присвоения ей наименования Комиссия по делам искусства при Временном правительстве.

Комиссия по делам искусства, занятая разработкой вопросов, связанных с развитием искусства в свободной России, единогласно постановила предложить свои силы в распоряжение Совета рабочих и солдатских депутатов для разработки вопросов об охране памятников старины, проектирования новых памятников, составления проекта положения об органе, ведающем делами изящных искусств, устройства народных празднеств, театров, разработке проекта гимна свободы и т.п.

Итак, во исполнение намеченного вчера у ГорькогоПисатель, издатель плана несколько депутатов отправились сегодня, снабженные выработанными (крайне бестолково выработанными) директивами, в Государственную думу, дабы войти — от имени художественного мира — с пожеланиями организационного порядка, направленными главным образом на образование известной системы по охране наших художественных сокровищ. Закусив и выпив чаю, мы отправились в Думу. Читать далее

Совещание художников и деятелей искусств

Участвуют: ГорькийПисатель, издатель, БенуаХудожник, критик, один из основателей объединения «Мир искусства», Петров-ВодкинХудожник, теоретик искусства, Рерих, Добужинский и другие. 

Очень выдающийся в моей личной жизни день. Я покинул свою «хату с краю» и «пущен в коловорот»! Рано утром телефон от Кузьмы Петрова-ВодкинаХудожник, теоретик искусства. Приглашает сегодня к ГорькомуПисатель, издатель: он-де, Кузьма, был вчера вечером у Алексея Максимовича, и они нашли, что теперь самое время соединиться художникам, обсудить общее дело и (поразительная конкретность и быстрота) наметить кандидата в министры искусства. Даже все уже согласились на том, что министром должен быть Дягилев. Читать далее

Что такое «министерство искусств»? С внешней стороны: централизация управления художественными учреждениями страны (музеями, школами, театрами, охраной старины, поощрительными конкурсами и т.д.), и отсюда — неизбежный бюрократизм, чиновная иерархия «блюстителей искусства». Со стороны внутренней: проведение государством определенного вкуса, определенных норм в художественное строительство и, следовательно, всяческая опека над искусством. Другими словами — «огосударствление» искусства, подчинение искуссва политике свыше, из центра: официальная художественнная диктатура.

Такова идея.

За два дня столько событий. Николай свержен, у нас будет республика. Голова идет кругом. Я так боялся, что останется династия.  Читать далее

В этот день:

Сегодня день рождения у Вацлав Нижинский и Сергей Вавилов
-5
В Петрограде
-9
В Москве
Индексы
24.68
Мясо парное
(1 сорт, пуд)
31.5
Лён отборный
(пуд)
2.35
Зерно
(пуд)
144
Валюта
(10 фунтов стерлингов)