10 сентября 1917. Григорий Трубецкой вместе с Лавр Корнилов

Новый пост

ENGLISH

Свободная
история

ВКонтакте

Фейсбук

Твиттер

ОК

Viber

Скопировать ссылку

39 Поделиться

10 сентября

В этот день:

Корнилов объявляет Временное правительство вне закона

Союз офицеров поддерживает мятеж

Украина на стороне Временного правительства

Пейте морковный кофе!

Без вымысла

Проект 1917 — это события, произошедшие сто лет назад и описанные их участниками. Только дневники, письма, воспоминания, газеты и другие документы.
Проект начинается 14 ноября 1916 и заканчивается 18 января 1918.

вместе с

Могилев

Генерал Корнилов получил по телеграфу предписание министра-председателя сдать верховное командование армии генералу Лукомскому до назначения нового Верховного главнокомандующего, а самому выехать в Петроград. Телеграмма эта, шедшая вразрез с имевшими место только еще накануне переговорами по прямому проводу, произвела на всех впечатление разорвавшейся бомбы. Создалось убеждение, что данное уже обещание приехать в понедельник, как и весь разговор со Львовым, есть или провокация, или совершенно непонятный поворот правительства в сторону большевизма. Атмосфера в Ставке стала очень напряженной. Вся предшествовавшая обстановка создавала убеждение, что решение вопроса стало безотлагательным, и вдруг все переменилось, а главное, рушилась последняя надежда на вывод России и армии из безвыходного положения. Стало очевидно, что времени терять при таких условиях нельзя, и перед всеми потому с особенной остротой стал вопрос: подчиняться дальнейшим распоряжениям Корнилова или не подчиняться.

Все главнокомандующие фронтом по вопросу о замене Корнилова другим лицом дали единодушные ответы, отличавшиеся не по смыслу, а по оттенкам и варианту. Генерал Лукомский в мотивированном отказе указал на невозможность заменить генерала Корнилова хотя бы на короткое время и оканчивал свою телеграмму указанием, что он рассчитывает на перемену взглядов правительства.

Насколько припоминаю, генерал Лукомский говорил мне, что Корнилов принял решение не покидать своего поста до полного выяснения обстоятельств.

Некоторое время спустя военный министр Савинков вызвал генерала Корнилова по прямому проводу и имел с ним длинное объяснение. Заявив, что соображения, изложенные генералом Лукомским, не соответствуют истине и являются клеветой на него, Савинкова, не предлагавшего никаких политических комбинаций, военный министр поставил генералу Корнилову целый ряд упреков в стремлении к диктатуре из личных целей, в преступлении против родины, в том, что он содействует торжеству императора Вильгельма, открывая фронт, и в том, что не он, Савинков, виноват, что ему не удалось сблизить Корнилова с демократией. В заключение он взывал к патриотизму и чувству долга генерала Корнилова, приглашая его подчиниться приказаниям Временного правительства и отбыть из армии.

Генерал Корнилов ответил со своей стороны, что ему не приходится учиться чувству долга и преданности родине у кого-либо из членов Временного правительства, что эту преданность он доказал неоднократно, рискуя своею жизнью, но что именно сознание своего долга перед Родиной налагает на него тяжелую и ответственную обязанность остаться на своем посту. Вместе с тем, отвергая мысль о каких-либо личных честолюбивых замыслах, генерал Корнилов устанавливал, что не он посылал Керенскому Львова, а последний явился в качестве посланца министра-председателя, предлагавшего в числе прочих комбинаций ту, при коей главным объединяющим лицом новой власти был бы он, генерал Корнилов. Савинков признал, что посредничество Львова было несчастным. Однако приказание Временного правительства об оставлении генералом Корниловым своего поста не было отменено, несмотря на признание Савинковым возможности недоразумения, на коем было оно основано. Пост Верховного главнокомандующего был предложен главнокомандующему Северного фронта генералу Клембовскому, который от него отказался.

Создавшееся у меня убеждение, что в основе события, влекущего за собой столь грозные последствия, лежит роковое недоразумение, побудило меня изложить свои впечатления в телеграмме на имя министра иностранных дел, уже выехавшего в Ставку, но вернувшегося с пути.

Текст отправляемой телеграммы я показал Корнилову и Лукомскому около 9 час. вечера и, получив согласие на ее отправку, тогда же ее отослал.

Когда оба они ушли, в кабинете оставались Филоненко, Аладьин и Завойко, причем последний, выйдя оттуда, сообщил Филоненко только, что просил его арестовать. Обстоятельство это стало известным и создало всевозможные разговоры и предположения. Впоследствии я говорил по этому поводу с Лукомским и спрашивал его, арестован ли Филоненко. Лукомский ответил, что с него взято честное слово о невыезде. Свою просьбу об аресте сам Филоненко объяснял тем, что как представитель Временного правительства он должен быть на его стороне, между тем как всей душой сочувствует Корнилову. Находясь почти безотлучно в Ставке, я имел возможность убедиться, что генерал Корнилов, только что отпустивший Филоненко домой, вновь его вызвал и продолжал вести с ним разговор. Объяснить это я мог только простодушием солдата.

#Корнилов vs Керенский

, и еще

Мне нравится

Комментировать

✍ Также в этот день

Петроград

В Питере паники нет! Все как будто поумнели и подтянулись!

, и еще

22 Мне нравится

12 Комментировать

деревня Саблино

Сходил утром на далекую станцию за газетами и, вернувшись домой, удобно расположился на диване, я был поражен следующей вестью: войска главнокомандующего генерала КорниловаГенерал, Верховный главнокомандующий двигались с юга на Петроград свергать Керенскогопремьер-министр, а войска премьера Керенского выступили из Петрограда навстречу для подавления Корнилова. Междуусобная война, и я неожиданно в центре событий. Что за история?

#Корнилов vs Керенский

, и еще

22 Мне нравится

3 Комментировать

статья

Лавр Корнилов

Обращение Верховного главнокомандующего к России

читать целиком

Москва, Борисоглебский, 6

Только в очи мы взглянули — без остатка,
Только голос наш до вопля вознесен —
Как на горло нам — железная перчатка
Опускается — по имени — закон.
Слезы в очи загоняет, воды —
В берега, проклятие — в уста.
И стремит железная свобода
Вольнодумца с нового моста.
И на грудь, где наши рокоты и стоны,
Опускается железное крыло.
Только в обруче огромного закона
Мне просторно — мне спокойно — мне светло.

, и еще

18 Мне нравится

1 Комментировать

вместе с

Граница Швеции и России, пропускной пункт в Финляндии

На границе. На доске объявлений написано. «Всем-всем-всем! Генерал КорниловГенерал, Верховный главнокомандующий обратился ко мне и депутату Львову с требованием передать ему верховную власть в армии и в государстве…» Телеграмма была подписана премьером Керенскимпремьер-министр. Так, значит, я прибыла в Россию в самый разгар контрреволюции! Читать далее

, и еще

11 Мне нравится

3 Комментировать

Рекомендуемые сюжеты Все